Навигатор по сайту Туристу Энциклопедия Царского Cела Клубы Форумы Доска объявлений


Авторизация
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?

1710-е гг, вторая половина. Луи Каравак. Портрет царевны Елизаветы Петровны

(Русский музей). Этот портрет, неслыханный по тем временам- обнаженная царственная особа, долгое время тайно хранился в Екатерининском дворце. Будущая императрица Елизавета Петровна, дочь Петра I и Екатерины I, изображена обнаженной в образе Флоры, лежащей на синей, подбитой горностаем мантии — знак принадлежности к императорской семье. В правой руке она держит миниатюру с портретом Петра I, к рамке которой прикреплена Андреевская синяя лента. Архитектурный фон составляет нейтральная коричневая драпировка с правой стороны.
Есть нечто пикантное в том, что ребенку приданы формы взрослой женщины. Но в это время по законам портретописи детей изображали как взрослых.
Портрет пользовался успехом, судя по тому, что с него было исполнено несколько копий: в 1740-х гг. Г.X. Гроотом (Дворцы-музеи и парки г. Пушкина) и в 1760—1770-х гг. Г. Бухгольцем (Дворцы-музеи и парки г. Петродворца). Миниатюрная копия, находящаяся в Галерее драгоценностей Эрмитажа, приписывалась Караваку.
1710-е гг, вторая половина. Луи Каравак. Портрет царевны Елизаветы Петровны  

Рейтинг: 0

Просмотров: 2964

6 октября 2009

Photojour

Открыть оригинал

Вернуться к альбому
Вернуться к списку альбомов
Комментарии (1)
Photojour # 27 марта 2011 в 19:11 0
Изобразив обнаженной царскую особу, оба иностранца допускали невиданное в глазах русских православных людей кощунство и незнакомую до сих пор русскому искусству вольность. Безусловно, художники действовали не по собственному усмотрению, а следовали императорскому желанию. Как великий реформатор, Петр I (а вслед за ним и его дочь) понимал, что подобного рода произведения должны были сыграть положительную роль в освобождении российского общества от средневековых предрассудков. Работы иностранных художников приучали русскую публику к требованиям и вкусам Нового времени.
Гроот создал замечательную, поистине драгоценную «вещицу» рококо. Он выбрал в качестве основы медную пластинку горизонтального формата и оформил ее удивительной по орнаментальному богатству серебряной рамой. Художник подчеркнул капризный изгиб нежного тела, окружил его мягким и редкостным горностаевым мехом, передал изящество маленькой головки и кокетливый жест пухлой ручки, демонстрирующий венок из цветов. Плавные переходы от одной пластической формы к другой рождают дополнительные нюансы воздушного слоя, будто окружающего объемы и смягчающего контрасты. Холодный голубовато-серый колорит произведения гармонично сочетается с цветом серебряной рамы, прихотливые контуры тела и складок драпировки вторят усложненным линиям гирлянд и цветочных букетов, гофрированных раковин и развивающихся лент той же рамы.