Навигатор по сайту Туристу Энциклопедия Царского Cела Клубы Форумы Доска объявлений


Авторизация
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?

Павловское шоссе 14. Приют Дрожжиной

Павловское шоссе 14. б. Приют М.А.Дрожжиной.

Комплекс благотворительных заведений возведен С. А. Данини в 1905-1913 гг. История его учреждения и строительства заслуживает того, чтобы остановиться на ней подробно.

Рядом с дачей Юсуповой (Павловское шоссе, 12) на местах № 3 и 4, также отведенных в 1855 г., первое время находилась дача поручика лейб-гвардии Царскосельского Стрелкового батальона Франца Девиена, построенная по проекту архитектора А. X. Кольба. Кольб возвел для него в 1860-1861 гг. жилой дом со службами, соорудил со стороны Павловского шоссе ограду на подпорной стене.

При доме находились надворные службы: конюшня, прачечная, сарай, навозный ящик и отхожее место. Архитектор  сводит их под одну крышу. Проект дома и хозяйственных служб был утверждён главным архитектором Царскосельского управления И. А. Монигетти и Н.В.Никитиным 12 августа 1860 года.

1871 г. Олонецкие Губернские Ведомости № 22.

От Санкт-Петербургского Губернского Правления объявляется, что на удовлетворения закладной, выданной тс Францем Девиен подполковнику Николаю Соболеву в сумме 7500 руб., неустойки 1000 руб. и % 307 руб., назначен в публичную продажу принадлежащий Девиену дом, состоящий в городе Царское Село, 3-й части, по левой стороне Павловского шоссе под № 3. Дом этот деревянный с мезонином на каменном подвальном этаже, построенный из брёвен, стены с наружи обшиты досками и окрашены маслянной краскою, цоколь подвального этажа выведен из кирпича, оштукатурен и окрашен, крыша крыта железом и окрашена. Длина дома 8, ширина 9 саж., вышина 3,5 саж.… Продажа сия назначена в присутствии С.Петербургского губернского правления 10 мая сего 1871 года. ...

Вскоре владельцем одного из двух дачных мест Девиена стал царскосельский купец — потомственный почетный гражданин Дмитрий Александрович Дрожжин (1825-1890), а второе место перешло к А.М. Заржецкому.

В 1890 г., незадолго до смерти, петербургский купец Дмитрий Алексеевич Дрожжин составил свое завещание, по которому основной капитал, более 1 млн 150 тыс р., должен был оставаться неприкосновенным. Доходы с него он завещал жене Марии Александровне (детей у них не было), также как и недвижимость — два участка в Царском Селе, по страховой оценке на 61 300 руб., без права продажи. После смерти жены недвижимость следовало продать, присоединить вырученную сумму к капиталу и «поднести Ее Императорскому Величеству Государыне Императрице на принятие для обращения на устройство благотворительных учреждений», а именно: 100 000 руб. или более истратить на покупку места в Царском Селе или Софии и на постройку каменного дома для учреждения «в память Дмитрия и Марии», в котором устроить церковь во имя свв. Димитрия Солунского и Марии Египетской, богадельню для престарелых лиц обоего пола христианского исповедания, ремесленный приют, больницу для бесплатного лечения и содержания бедных больных.

Содержать учреждение предполагалось на проценты с капитала. Надзор за домом должен осуществлять брат купца Василий Алексеевич и тайный советник Н. И. Даудель. Брату по завещанию было отписано 100 000 р., но только, если он женится. В противном случае после смерти Василия деньги следовало также присоединить к основному капиталу.

Итак, после смерти мужа все движимое и недвижимое имущество М. А. Дрожжина приняла в пожизненное владение. Жила она в Царском Селе на собственной даче.

Дрожжина пережила мужа на 20 лет. К 1904 г. из доходов с ценных бумаг образовался значительный капитал. Вдова решила самостоятельно на эти деньги построить благотворительное учреждение «имени Марии Дрожжиной» на своем участке рядом с дачей, напротив Артиллерийской улицы. Оно должно было состоять из родильного дома, детского ремесленного приюта и церкви свв. Димитрия и Марии. Дрожжина рассчитывала, что после ее смерти остальные упомянутые в завещании мужа учреждения будут пристроены к уже возведенному. Таким образом, в одном комплексе, объединенном церковью, доступной для посещения всем призреваемым, были бы собраны чуть ли не все категории нуждающихся — роженицы, бездомные, дети, больные и престарелые.

Едва ли М. А. Дрожжина понимала разницу между правом собственности на землю, на которой она проживает, и правом пользования, которым ее пожизненно наделил муж. В. А. Дрожжин и Н. И. Даудель, которых Дмитрий Алексеевич хотел поставить во главе благотворительных учреждений, к этому времени уже скончались. Купчие на землю должны были находиться в Опекунском совете. Неизвестно, как ей удалось утвердить планы постройки здания на земле, не предъявляя на нее прав собственности. Крайняя заинтересованность Дворцового управления в подобном приюте позволила, по-видимому, обойти все формальности.

Дрожжина избрала С. А. Данини в качестве строителя, а впоследствии — управляющего приютами. (По-видимому, Данини также архитектор склепа, точнее, надгробной часовни Дрожжиных на Казанском кладбище, напоминающей по форме пилон Египетских ворот).

Поначалу был составлен проект общего здания под учреждения Дрожжиных, в плане довольно сложного, более 120 м длины. Дом не помещался на участке, и В ноябре 1904 года Мария Александровна Дрожжина обратилась к Императрице Александре Феодоровне с просьбой прирезать к ее земле часть Отдельного парка — прямоугольник площадью 2250 кв. саженей). В пояснительной записке Данини пишет: «Ввиду того, что проектируемые благотворительные учреждения так обширны и представляют для Ц. С. очень крупное благодеяние ввиду совершенного отсутствия городской и земской больницы и родильного приюта, удовлетворение просьбы Дрожжиной представляется весьма желательным». Император Николай II соизволил дать согласие на утверждение плана постройки и спустя ещё год, в ноябре 1905 г., смежный участок на территории Отдельного парка был официально отведён М. А. Дрожжиной.

При согласовании обнаружились трудности в связи с наличием проезжей дороги с мостом через ручей вблизи предполагаемой границы участка, и для того, чтобы дорогу не переносить, решили срезать угол границы (обозначенная оградой, она существует по сей день). Акт об отводе земли подписан 10 ноября 1905 г.

Однако по утвержденному проекту строить тогда не стали. Данини выполнил проект другого, меньшего здания для родильного приюта, маленькой богадельни на 12 старушек и домовой церкви — все это поместилось на участке Дрожжиной — и в 1906 г. приступил к его осуществлению.

Двухэтажное каменное здание родильного приюта, находившееся в глубине участка, было заложено 25 Сентября 1905 г., и освящено 25 января 1907 г. Живописное здание с мансардным полуэтажом и башенкой расположено в глубине парка на месте снесенной деревянной дачи. Фасады облицованы светлой керамической плиткой, архитектурные детали — сандрики, тяги, грани объемов, стилизованный аркатурный фриз — выделены красно-коричневой плиткой.

Данини обратился к мотивам романской архитектуры. Атрибутами ее служат большие арочные окна, верхний аркатурныи пояс, трехпролетная звонница. Не отказался архитектор и от излюбленного фахверка во фронтонах. Главка над звонницей воспринималась ссылкой на древнерусские венчания храмов. Таким образом, архитектор и здесь оставался в рамках романтической стилизации под Средневековье, которая органично сочеталась с принципами рационального модерна. Композиционный строй здания определяют функциональные элементы — крупные окна, а также отделочный материал — желтый кирпич, придающий фасадам гигиеническую чистоту. Выложенные красным кирпичом надоконные перемычки, архивольты и горизонтальные пояса выявляют архитектонику фасадов. Срезанные углы подчеркивают слитность объемов. Четкость структуры сочетается со звучной декоративностью, рафинированностью деталей.

Приют  был образцово оборудован.

8 января 1907 г. «Родильный приют для охраны материнства и грудных детей им. М. А. Дрожжиной» начал принимать рожениц.

Приют был открыт поспешно, без официальной процедуры утверждения его устава властями. Во главе приюта стоял комитет, членом которого была и Дрожжина. Данини занимался всеми финансовыми и хозяйственными делами, главный врач В. А. Бритнев заведовал медицинской частью. Приют был рассчитан на 25 кроватей и при условии содержания рожениц в течение 9 дней позволял принимать 1000 родов в год. В приют круглосуточно бесплатно принимались бедные и малоимущие жительницы Царского Села и окрестностей. Кроме того, два раза в неделю желающие получали бесплатную консультацию гинеколога и бесплатные лекарства. Персонал приюта состоял из 28 человек, включая четырех акушерок (в Дворцовом госпитале их было только две), часть служащих постоянно проживала в приюте. Одна из палат обслуживалась воспитанни¬цами Школы нянь, проходивших в приюте практику.

Родильный дом быстро зарекомендовал себя благодаря образцовой постановке дела и современному оборудованию. Администрации дома пришлось даже требовать при приеме рожениц справки из полиции «о бедности», чтобы иметь возможность отказывать в помощи состоятельным людям.

Приютская церковь, устроенная во имя святых покровителей супругов Дрожжиных, была освящена 23 Февраля 1907 г. митрополигом Санкт-Петербургским и Ладожским Антонием (Вадковским) в сослужении с ризничим Александро-Невской Лавры архимандритом Софронием и сонмом местного духовенства.

Помещение церкви, находившееся на втором этаже, прямо под колокольней позволяло вмещать до 300 человек. Снаружи здание было отделано облицовочным кирпичом, а его восточный фасад был увенчан куполом. На звоннице храма находились 5 колоколов (самый большой из которых весил 10 пудов 29,5 фунтов).

Дело приобретает неожиданный оборот, когда доверием Дрожжиной воспользовался купец 2-й гильдии А. М. Треблов, царскосельский гробовщик. В октябре 1908 г. без видимых причин Дрожжина сменяет всю администрацию приюта и возлагает руководство всеми делами на Треблова, который становится председателем комитета. Главным врачом был ненадолго назначен доктор М. Шрейдер, а позже, 6 февраля 1909 г., младший врач запаса чинов военно-медицинского ведомства С. Я. Лекторский, пробывший на этом посту до ноября 1911 г.

6 января 1910 г. Дрожжина составляет завещание на свои личные средства. Она завещает управление приютом выборному обществу, комитету из нескольких почетных граждан, купцов и мещан во главе с пожизненным председателем А. М. Требловым; отдает приют под покровительство императрицы (в духе завещания мужа) и высказывает пожелание, чтобы будущие постройки также находились в управлении Треблова и того же комитета.

Личный капитал (500 000 р.) она оставляет на содержание своего приюта.

По проекту Данини началась постройка каменного корпуса для приюта ремесленного. (Свидетельство о разрешении на его постройку по проекту Данини за № 6625 получено 30 октября 1910 г.) Дрожжина завещает завершить работы комитету, истратив на них не более 60 000 р., а в новом учреждении содержать не менее 40 детей.

26 Октября 1909 г. рядом со зданием Родильного приюта по проекту архитектора С. А. Данини был заложен новый каменный корпус,  Корпус был соединен с приютом двухэтажной галереей с широкими окнами. Строго решенные фасады пристройки гладко оштукатурены, она завершена башней с высоким конусообразным шпилем, воспринимающимся из парка как архитектурная доминанта. В нём разместился приют для детей обоего пола. Ремесленный приют был отстроен вчерне лишь к концу 1913 г., но так и не был открыт.

Душеприказчиками М. А. Дрожжина назначает А. М. Треблова, губернского секретаря Н. М. Треблова и вдову дворянина Баженову, входившую в руководство приюта.

Мария Александровна Дрожжина скончалась 13 Декабря 1910 г. в возрасте 82 лет и была погребена в семейном склепе па Казанском кладбище. В день смерти Дрожжина изменяет завещание (как говорили, под влиянием Треблова): вместо Баженовой третьим душеприказчиком она назначает дьякона приютской церкви Ф. И. Смирнова. После смерти Дрожжиной выборов комитета проведено не было, всем единолично распоряжался Треблов. Передать приют под покровительство императрицы он явно не торопился. Дворцовое управление, будучи в курсе всех дел, тоже вело себя осторожно.

25 октября 1911 г. юрисконсульт Канцелярии Ее Величества просит Опекунский совет по рассмотрении завещания М. А. Дрожжиной представить в Канцелярию все документы, касающиеся имущества ее мужа. Как только они были предоставлены, в Канцелярии поняли, что, построив приюты на земле мужа, Дрожжина нарушила закон, и не рекомендовали императрице принимать заведение.

Так у Треблова, пожизненного управляющего приютом, были развязаны руки. Он уволил родственниц Дрожжина, вывел из неприкосновенного капитала Дрожжиной около 150  000 р. (часть из них — на завершение строительство ремесленного приюта). 18 февраля 1912 г. А. М. Треблов внезапно скончался. В соответствии с завещанием М. А. Дрожжиной, городской ратушей был избран комитет из граждан Царского Села, купцов, мещан и двух членов городской ратуши для продолжения деятельности приюта.

В это же время вскрылось противоречие между завещаниями супругов Дрожжиных. Формально, по завещанию Д. Дрожжина землю с уже существующим приютом нужно было продать, купить новый участок и на нем строить «учреждения в память Дмитрия и Марии Дрожжиных»; по завещанию же М. Дрожжиной, это новое здание надо было пристроить к существующему на пожалованной императором земле.

Естественно, в интересах дела и по смыслу завещаний, следовало бы придерживаться завещания Дрожжиной, открывшей поле деятельности законному выборному управлению под эгидой городской ратуши и под покровительством императрицы Александры федоровны. Тогда Царское Село получило бы огромный комплекс благотворительных учреждений. Но в дело опять вмешались корыстные интересы.

На время рассмотрения этого запутанного дела в суде на капиталы Дрожжиных был наложен арест, и родильный приют остался без средств. 7 марта 1912 г. его деятельность была приостановлена. Мера эта была вынужденной. Комитет делал все, чтобы приют открыть. По рекомендации императрицы главным врачом приюта комитет избирает лейб-медика профессора Н. В. Ястребова, известного специалиста в области гинекологии. Комитет поручает ему составление и утверждение устава приюта, что было теперь уже непременным условием его открытия. После составления проекта устава долго тянулась бюрократическая процедура его утверждения.

В конце концов, 31 августа 1912 г. во исполнение воли императрицы министерство внутренних дел сообщает Санкт-Петербургскому губернатору распоряжение о немедленном открытии приюта. 15 сентября 1912 г. устав был утвержден. Согласно этому документу, деятельность приюта контролировалась Дворцовым управлением, а его главный врач — Придворно-медицинской частью министерства императорского Двора. Немедленно открыть приют было нельзя, т. к. Ястребов начал в нем ремонт.

Дело об исполнении завещания Д. А. Дрожжина находилось в ведении Опекунского совета. Так как все его душеприказчики умерли, советом были назначены опекунами братья Г. И. и Н. И. Евгеньевы, которые повели дело энергично, но в своих интересах. 14 августа 1912 г. они начали переписку с царскосельской ратушей о продаже им участка с приютами во исполнение буквы завещания.

Это требование застало комитет приюта М. А. Дрожжиной врасплох. Комитет попытался при поддержке Дворцового управления добиться предоставления опекунам другого участка земли. Однако это оказалось неудобным, так как в перспективе все же предполагалось передать приют в ведение императрицы, которая получила бы его как будто не безвозмездно, а в обмен за предоставленный участок.

Одновременно Евгеньевы делают другой шаг, как бы во исполнение еще одного пункта завещания Дрожжина. Они обращаются в Канцелярию Императрицы Марии федоровны с просьбой принять капиталы Дрожжина под свое покровительство. В этом обращении была своя логика, так как именно Мария федоровна была императрицей на момент смерти купца. Однако опекунам удалось представить дело так, что Мария федоровна увидела в нем не пожертвование, а обязательство к созданию благотворительного учреждения, средств на которое может не хватить, и 28 сентября 1912 г. «на принятие наследства не соизволила». Перед опекунами открывались волнующие перспективы самостоятельно распоряжаться миллионным капиталом.

В вопросе о спорном участке земли ратуша и Дворцовое управление после колебаний встали на твердую почву. В декабре они уведомили опекунов, что их вопрос подлежит рассмотрению в суде, отклонив таким образом их жалобу без рассмотрения, а также отказав им в просьбе не открывать приют до решения вопроса о земле. Приют М. А. Дрожжиной был, наконец, открыт после перерыва 13 января 1913 г. За год в приюте было принято около 500 родов при довольно низкой смертности (9 детей).

Весной 1913 г. бургомистр Царского Села И. К. Харченко представил петербургскому губернатору доклад о деятельности Евгеньевых, после чего распоряжением губернского присутствия от опеки они были отстранены, а вместо них назначены новые опекуны, среди прочих — профессор Н. В. Ястребов.

Ястребов предложил обратиться к Государю Императору с ходатайством освободить опеку от пункта завещания, по которому должно было продать участок, на котором стоит приют. Такое вмешательство верховной власти допускалось законами в случае, если при этом интересы ни одной из сторон не страдали. Как-то этот вопрос был решен, и в дальнейшем уже не поднимался.

7 января 1914 г. все имущество Д. А. Дрожжина было передано Опекунским советом в распоряжение опекунов. Предстояло объединить капиталы Дрожжиных, передать их под Высочайшее покровительство и начать постройку нового здания, «приюта Дмитрия и Марии».

В это время на сцене вновь появляются Евгеньевы, которые действуют уже как законные наследники Д. А. Дрожжина. Со смерти вдовы купца прошло более трех лет. За это время пункт завещания о передаче наследства под покровительство императрицы выполнен не был, что давало им право требовать в суде признания недействительным всего завещания и передачи им наследства.

20 января 1914 г. происходит совещание чинов Дворцового управления в присутствии Н. В. Ястребова. Начальник управления князь М. С. Путятин высказывает опасение, что «принятие капиталов под Высочайшее покровительство накануне суда по делу послужит поводом к нежелательной газетной кампании, которая уже началась».

Тем не менее, спустя месяц императрица Александра Федоровна изъявила согласие на принятие капитала Дрожжина в случае, если будет на то согласие Его Величества.

16 марта 1914 г. собрание городской ратуши приняло соломоново решение: если Ее Величеству угодно будет взять капиталы Дрожжиных под свое покровительство, то здание Марии Дрожжиной будет присоединено к имуществу Дрожжина, а комитет приюта во главе с Ястребовым будет подчинен тому учреждению, которое Ее Величеством будет назначено.

2 апреля 1914 г. Евгеньевы возбудили в петербургском суде дело о признании наследства свободным. Образовался замкнутый круг: императрица ждала решения суда, чтобы принять под свое покровительство капитал, который мог уйти к наследникам именно из-за того, что под ее покровительство не был принят.

Отчет общества охраны материнства и грудных детей в Царском Селе — с 29 апреля 1913 по 1 сент 1914 года.5

Отчет составлен проф. Н.В. Ястребовым. В отчете говорится о деятельности Первого в Империи общества. Мысль о его создании принадлежит ЕИВ Александре Федоровне.

Основная ее мысль при создании общества была в том, что бедные женщины в определенные моменты ее жизни не должны страдаль более богатых только потому, что они бедные. Специально учрежден Приют им М.А. Дрожжиной, реорганизованный Ястребовым для охраны материнства и детства. При приюте устроены консультации для беременных, где их консультируют о том, как держать себя в тот или иной период беременности, как питаться, как работать без вреда для ребенка, как ухаживать за младенцем, когда явиться на роды.

В приюте выдаются лекарства и тем кому необходимо, оказывается больничное лечение. Женщины поступают в приют круглосуточно без отказа и роды происходят обязательно под руководством врача. После родов- они находятся в приюте до 9 дней под специальным  врачебным наблюдением. Для выписавшихся проводят консультации по уходу и кормлению. При отсуттвии молока- выдается молоко.

В штате приюта 3 врача-акушера, 1 детский врач и акушерки. Деятельность приюта признана успешной, в сязи с чем ходатайствуют о реорганизации акушерского отделения в дворцовом госпитале. В последнее время оно может рассчитывать на дополнительные средства для помощи бедным матерям на оказанием им материальной помощи.

 

Дело о капиталах Дрожжина прошло три судебные инстанции. Окончательное решение в пользу опекунов было вынесено только в марте 1916 г.

23 марта 1916 г. канцелярия министерства императорского Двора сообщила, что Государю благоугодно было соизволить на принятие Ее Величеством капитала Дрожжина для обращения по назначению, указанному жертвователем. Одновременно родильный приют Дрожжиной принимается под Ее Величества покровительство. Составлял капитал Дрожжина тогда уже 2 400 000 рублей.

Еще с начала августа 1915 г. родильный приют Дрожжиной был закрыт снова. Хотя Ястребов утверждал, что объясняется это ремонтом и невозможностью достать уголь высшего качества, на который рассчитано оборудование для отопления, однако настоящей причиной были материальные затруднения, так как сразу же по решении суда, 30 июня 1916 г., он снова был открыт.

Осенью 1916 г. императрицей был утвержден проект С. А. Данини нового, третьего здания — «Дома матери и ребенка». Однако до практических действий тогда, накануне революционных событий, дело так и не дошло.

 

Проекты С.Данини для Приюта Дрожжиной:

124. Генеральный план части Отдельного парка в Царском Селе. 1905. Надпись вверху: «План части земли Отдельного парка с показанием участка земли, принадлежащего вдове потомственного почетного гражданина Марии Александ¬ровне Дрожжиной под лит. АБВГ и участка под лит. ДГВЗЖ1, на прирезку коего получено Высочайшее соизволение»; подпись справа внизу: «Архитектор С. Данини ноябрь 1905».
Тушь, акварель, гуашь, бумага. 33x62,5. РГИА. ф. 487. Оп. 7. Д. 5822. Л. 175а.

125. Генеральный план. Проект. 1905. Надпись вверху: «Генеральный план зданий благотворительных учреждений, завещанных потомственным почетным гражданином Дмитрием Алексеевичем Дрож-жиным». Тушь, акварель, гуашь, бумага. 33х21-РГИА. ф. 487. Оп. 7. Д. 5822. Л. 1756.

126. Родильный приют. Металлическая конструкция купольной главки. 1906. Надпись вверху: «Металлическая конструкция купольной главки для богадельни г-жи Дрожжиной в городе Царском Селе»; подпись в правом нижнем углу: «26 мая 1906. О. Спицкий». Тушь, калька на коленкоре, бох 8о. ЦГИА СПб. ф. 1254. Оп. 5. Д. 3936. Л. 1-8.

127. Ремесленный приют и богадельня. Северо-западный фасад, фрагмент. 1916. Подпись: «Архитектор Высочайшего двора С. Данини». На фасаде здания доска с надписью: «Ремесленный приют и богадельня». Тушь, акварель, ватман. 47,5x72,5. Государственный музей-заповедник «Царское Село». ЕД-1353.

128.Ремесленный приют и богадельня. Северо-восточный фасад. 1916. Тушь, акварель, ватман. 72x47. Государственный музей-заповедник «Царское Село». ЕД-1354.

129. Ремесленный приют и богадельня. Юго-восточный фасад. 1916. Надпись слева вверху: «Одобрено Ее Величеством в Царском Селе 19 сентября 1916. Председатель Временной комиссии заведений Д. А. Дрожжина. Граф Ростовцев»; подпись в правом нижнем углу: «Архитектор Высочайшего двора С. Данини». Тушь, акварель, бумага. 47>5Х73. Государственный музей-заповедник «Царское Село». ЕД-1351-ХШ.

130. Ремесленный приют и богадельня. Планы цокольного, I, II, III этажей. 1916. Надпись внизу рукой Данини карандашом: «Благотворит, учреждения Дрожжиных. Ремесленный приют и богадельня». Тушь, ватман. 72Х 50. Государственный музей-заповедник «Царское Село». ЕД-1357/2-ХШ.

131. Дом матери и младенца в Царском Селе. Юго-западный фасад. 1916. Подпись в правом нижнем углу: «Архитектор Высочайшаго двора С. Данини»; надпись слева вверху: «Одобрено Ее Величеством в Царском Селе 19 сентября 1916. Председатель Комитета: граф Ростовцев». Тушь, акварель, ватман. 47,5x72. Государственный музей-заповедник «Царское Село». ЕД-1352-ХШ.

132. Дом матери и младенца в Царском Селе. Северо-восточный фасад. 1916.  Председатель Комитета: граф Ростовцев. Благотворит, учреждения имени Дмитрия и Марии Дрожжиных. Дом матери и младенца»; подпись в правом нижнем углу: «Архитектор Высочайшего двора С. Данини 14Сент. 1916».
Тушь, акварель, ватман. 35х 5°- Государственный музей-заповедник «Царское Село». ЕД-1350-ХШ

133. Дом матери и младенца. План. 1916. Надпись слева вверху: «Одобрено Ее Величеством в Царском Селе 19 сентября 1916. Председатель Комитета: граф Ростовцев»; надпись в центре: «План I -го этажа»; подпись в правом нижнем углу: «Архитектор Высочайшего двора С. Данини». Тушь, акварель, ватман.
Государственный музей-заповедник «Царское Село». ЕД-1356/4-ХШ.

134. Проект башенки на здании ремесленного приюта. Эскиз. Карандаш, калька. 24Х 33,5. Архив С. А. Данини.

В 1916 г. при приюте начало работу Царскосельское отделение Всероссийского общества охраны материнства и младенчества, состоявшее под Августейшим покровительством Императрицы Александры Феодоровны.

Склеп-усыпальницы смьи Дрожжиных. Мавзолей архитектора С. Данини. 1907 г.

  • Бржезинский Василий Алексеевич — 1917 — нс. врач, Павловское шоссе приют имени Дрожжиной. О-во охраны матер. и грудных детей в Ц.С. 
  • Герасимович Владимир Петрович – 1917 — врач,  Вц.-предс. Совета Всер. попеч-ва об материнстве и младенчестве; Директор Царскосельской школы нянь; Родильный приют имени Дрожжиной; практикующий врач.

 

После 1917 года

Апрель 1918 года  — Царскосельский родильный приют Марии Александровны Дрожжиной переименован в Детскосельский институт охраны материнства и младенчества.

Со дня освящения храма и по состоянию на 1918 г. его настоятелем являлся священник Василий Михайлович Соколов (1889-...), впоследствии (в 1930-е годы) являвшийся настоятелем церкви села Большое Кузьмино.

Церковь в здании приюта была закрыта 17 Марта 1923 г. В Апреле 1923 г. находившийся в храме иконостас был передан в Казанскую церковь в деревне Александровке,10 а престол — в церковь села Большое Кузьмине 10 икон и хоругви по просьбе приходского совета церкви при Общине Красного Креста были переданы в их ведение. Всё остальное церковное имущество, согласно архивным документам, было отправлено в г. Троцк (Гатчина) Отделу Местного Хозяйства Троцкого Уездного Исполкома.

 

До войны в здании бывшего приюта размещался Детскосельский санаторий для туберкулёзных детей.

1940-е

С 1945 по 1951 годы в одном из корпусов санатория располагалась городская больница им. Семашко. В 1946 году в г. Пушкин главврачом больницы направляют Рачинского В.Б. С первого дня он возглавляет родильное отделение и одновременно — главный акушер-гинеколог района.

Сюда медсестры, санитарки на руках из разрушенного здания довоенной больницы переносят уцелевшие кровати, чайники, металлические шкафы. Нет ни машин, ни лошади, ни газа, ни парового отопления, не везде еще дали свет. Медики из своих домов для своей больницы несут подушки, занавески. Сами заготовляют дрова, а это более 200 кубометров. Чтоб сырые дрова горели, в софийской лавке за свои деньги покупают керосин, а за пазухой несут сухие щепки на растопку. Иначе мамы с детьми могут замерзнуть.

Сестра-хозяйка А. В. Мельникова возит в Ленинград горы грязного белья (нет прачечной), а потом его крахмалит, гладит, — оно блестит как новое. Не положено врачам и операционным медсестрам убирать мусор, пилить дрова, но Рачинский и колол, и пилил. Его порядочность не позволяла быть безучастным к изнурительному труду женского коллектива. Мужчин-то не было.

В 1951 году здание больницы на Госпитальной улицы было восстановлено и больница вернулась в свое историческое здание.

К настоящему времени здание внешне сохранилось (за исключением купола), в помещении церкви находится столовая. Любопытно, что на звоннице до сих пор сохранились деревянные перекладины и скобы для крепления колоколов.

Со стороны Павловского шоссе находится историческая ограда, сооруженная на подпорной стене. .

Сейчас в здании располагается стационарный Противотуберкулезный диспансер.

 

Источники:

  1. Козлов А.В. Сильвио Данини: материалы к творческой биографии /А.В.Козлов.СПб: КОЛО, 2010.- 240 с.: ил.
  2. Абарова А.В. Архитекторы Царского Села: Александр Видов. Александр Колб, СПб.: Genio Loci (ООО "Медиа-Практика"),  2008.- 120 с.: ил.
  3. Мещанинов М.Ю. Храмы Царского Села, Павловска и их ближайших окрестностей. Краткий исторический справочник. СПб, Genio Loci, 2007.-583 с
  4. Семенова Г.В. Царское Село: знакомое и незнакомое. .-М.ЦентрПолиграф, 2009.- 638, (2) с.
  5. "Царскосельское дело" №7 пятница 13 февраля 1915 года

 

Рейтинг: +1 Голосов: 1 6981 просмотр
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!