Навигатор по сайту Туристу Энциклопедия Царского Cела Клубы Форумы Доска объявлений


Авторизация
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?

История Царского Села - Пушкина. 1944

<1943

 

Два года и четыре месяца длилась оккупация городов Пушкин и Павловск фашистскими войсками.  Двадцать восемь месяцев томился город под погашенным солнцем — ибо никто но видел его от слез и горя, и серого снега войны —пепла, который кружился над городом,… И не раз в это время пытался ветер сорвать чернопаучий фашистский флаг с Екатерининского дворца, но он крутился, извивался, отбивался от ветра...
А на двадцать девятом месяце..

Город на Неве готовился к решающему удару — полному снятию вражеской блокады. Войска генерала И. Хазова занимали позиции в районе Пулковских высот. С наблюдательных пунктов была хорошо видна панорама города Пушкина и мощные сооружения врага. 15 января 1944 года соединения генерала Хазова перешли в решительное наступление.

Решено было освободить Пушкин и Слуцк обходным маневром. Город Пушкин оказался на левом фланге армейской группировки, наступавшей с Пулковских высот. Обходной маневр, фланговые удары позволяли сократить потери своих сил, отрезать пути отхода гитлеровцев и вызвать в их рядах замешательство.

Перед 72-й дивизией была поставлена боевая задача: прорвать оборонительный рубеж противника на Кирхгофских высотах, развивать успешное наступление и содействовать частям фронта в освобождении городов Пушкина и Павловска.

Летчики 275-й истребительной авиационной дивизии своими бомбовыми ударами уничтожали огневые точки противника, которые не могла подавить пехота. Позиции на Пулковских высотах занимали и гвардейцы 321-го минометного полка.

15 января

Залпы «катюш» возвестили о начале разгрома фашистских оккупантов под Ленинградом. В течение 1 часа 40 минут была проведена сильная артиллерийская подготовка. Фронтовая, береговая и корабельная артиллерия обрушила на позиции врага более 200 тысяч снарядов и мин. Артподготовка  уничтожила многочисленные укрепления и половину гарнизона немцев в Александровской.

В 11 часов в атаку пошли полки 86 СД и захватили 1-ю траншею врага.

Из книги Бардин С. М.… И штатские надели шинели."Советская Россия", 1974.

"Пятнадцатое января. Точно по заказу, погода сегодня пасмурная. Низкая облачность плотно окутала небо. Видимость не больше километра. Холодно.

Когда я вышел из землянки, то увидел стоящий на путях длинный железнодорожный эшелон. Из вагонов торопливо выгружались ящики со снарядами. И с высокой насыпи спускались в кювет.

От Варшавской до Балтийской железных дорог — на этой обширной равнине — установлены тысячи орудий, а ближе к Пулковским высотам — машины с "катюшами". Тут же расположились батареи тяжелых ракетных минометов. Но самое волнующее и впечатляющее — люди. Их очень много. Вот она, силища!

Артподготовка началась ровно в 9 часов 20 минут. Страшное это зрелище. С первых же выстрелов передний край противника точно вздыбился. Черные тучи земли и дыма поднялись высоко в небо. Противник молчал. А грохот артиллерийских орудий слился в один сплошной рев. Вслед за артиллерийскими орудиями подали свой "голос" ракетные установки, и огненные стрелы понеслись на позиции фашистов. В этот же момент поднялись бойцы наших двух полков — 59-го и 141-го — и пошли на штурм вражеских оборонительных сооружений. В добрый путь!

Первые и вторые траншеи были захвачены очень быстро. 141-й, пройдя Верхнее Кузьмино, вышел к Редкому Кузьмину, а 59-й — к Александровке. Дальше темп наступления замедлился. Гитлеровцы вели очень плотный и сильный фланговый огонь со стороны Пушкина. 86-я дивизия, наступавшая на Пушкин, продвинулась немного. Зато гвардейская дивизия, действующая правее нашей, сумела сделать хороший рывок и пошла в обход пушкинского узла обороны противника.

Гитлеровцы начали стрелять из минометов и пушек по нашим наступающим частям из опорных пунктов Соболево, Мыкколово, Малой Кабози. Бой в глубине обороны принял затяжной характер. Теперь каждая сотня метров отвоеванной земли давалась с трудом. Мы стали терять людей.

В то же время появились первые пленные, в основном немецкие и бельгийские фашисты. Внешний вид их не имел ничего общего с бравой выправкой на их фотокарточках. Закутанные с головы до ног в различное тряпье, с посиневшими и грязными лицами и руками, они жались в ходах сообщения, уступая дорогу нашим солдатам.

В тринадцать ноль ноль выбрался на Варшавскую железную дорогу и у скрещения с окружной дорогой попал под бомбовые удары нашей авиации, которая из-за низкой облачности раньше времени сбросила свой груз. И все же результаты дневного боя отличные: без особого сопротивления были захвачены первые две траншеи, а к концу дня 59-й и 141-й полки сумели приблизиться к Александровке. Но здесь дела пошли хуже. Введенный в бой 103-й полк также увяз в глубине обороны и с упорными боями продвигается в направлении Большое Виттолово — Рехколово.

Из рассказа командира отделения старшего сержанта Юрия Никулина:

"...9.20. Правее Пулкова взлетает с земли серия условных сигнальных ракет, и вдруг удар потряс ленинградскую землю.

Это ударили тысячи батарей, начав грандиозное артиллерийское наступление на немецкие укрепления. Немец, спавший, может быть, мирно в своем блиндаже и разбуженный этим адским грохотом, наверное, решил, что тысячи грозовых туч низвергли на землю свои громы и молнии. Нет, это была не гроза, это била наша советская артиллерия, артиллерия Ленинградского фронта, и среди тысяч батарей была и наша 1-я батарея отдельного зенитного дивизиона… Вот обстреляна первая цель… Беглый осмотр орудий… Снова сигнал, и снова бьют наши пушки уже по новой цели. А земля продолжает реветь, стонать, выть и извергать пламя из всех сво¬их щелей. Оборону противника завалило густым черным дымом.

В нескольких местах что-то горит большим рыжим пламенем. А батареи все бьют и бьют. Вот на минуту затихнет артканонада из района Пулкова, и, как бы сменив в этой трудной работе артиллеристов, из-под подножия высот, с ревом поднимая столбы дыма, вырываются тысячи огненных стрел, летящих в сторону противника. Это дали залп сотни гвардейских минометов по долговременным огневым точкам вражеской обороны. Лес разрывов от залпа "катюш", несмотря на сплошной дым над позициями немцев, прекрасно виден простым глазом.

И снова вступают в бой все новые и новые батареи. Этот мощный гул слышат в осажденном городе, и каждый, кто слышит его, радостно улыбается и с замирающим сердцем спрашивает себя: "Неужели началось?" Да! Это началось. Началось великое наступление войск Ленинградского фронта...".

На оборону немцев обрушилось более 220 тысяч снарядов, выпущенных реактивными установками. По семнадцатикилометровому участку фронта от Урицка до Пушкина било две тысячи триста орудий. Били по врагу и корабли Балтийского флота. Час сорок минут бушевал этот шквал огня.

Утром пикирующие бомбардировщики (58-й авиаполк) двумя группами нанесли удары по позициям дальнобойной артиллерии в 10-15 километрах юго-западнее Пушкина и по артиллерийским батареям северо-восточнее города.

В бою в районе Рехколово командир взвода 131-го гвардейского стрелкового полка гвардии младший лейтенант Александр Иванович Волков закрыл своим телом амбразуру вражеского пулеметного дзота, чем содействовал выполнению боевой задачи подразделением.

В 4 километрах западнее Пулково командир отделения 188-го гвардейского стрелкового полка гвардии старший сержант Николай Андреевич Залетов с отделением первым ворвался в траншею противника, лично уничтожил свыше 10 фашистов (получил орден Славы № 1. Впоследствии стал первым полным кавалером ордена Славы).

15-16 января

Из дневника политрука роты 86-й стрелковой дивизии Николая Григорьевича Левинтова: "15 января в 9.20 заговорила наша артиллерия, в 10.40 залп "катюш" — началась атака. Последовал довольно дружный бросок в атаку, заняли две линии траншей, немцы открыли сумасшедший огонь. Ночь на 16 января немцы контратаковали нас — мы отступили назад. Днем 16 января положение восстановили..."

Из воспоминаний командира 404-го дивизиона 101-й морской железнодорожной артиллерийской бригады подполковника Льва Марковича Тудера: "15 января батареи нашей бригады 136 раз открывали и обрушили на врага семь тысяч снарядов. Напряженным был и следующий день. Канонада не прекращалась с рассвета до позднего вечера. Особенно сильные удары мы наносили по артиллерийским позициям и узлам сопротивления врага в районах Апександровки и Пушкина".  

16 января

16—21 Января Тепло 0°С, капает с крыш.

Светлана Сорокина: "Когда немцы начали отступать, инвалидные команды предупредили местных жителей, что сзади пойдут уже совсем другие части и лучше уходить из деревни. Так они спасли многих русских людей во второй раз. Практически вся деревня снялась со своих мест и ушла в лес. Это был конец зимы 44-го года. Моя мама еще до войны заболела инфекционным ревматизмом, у нее был порок сердца. А тут они всей деревней просидели по пояс в снегу две недели — и никто не заболел. Вокруг рвались снаряды, по дороге на Нарву шли огромные колонны отступающих немцев, летели самолеты, бомбили. Мама вспоминает, что это было душераздирающее зрелище. После ухода немцев бабушка с мамой потащились домой в Царское Село, но практически все дома были уничтожены. Они нашли уцелевший двухэтажный барачный домик, где и поселились. Потом там родилась и я...»".

Из воспоминаний ветеранов 56-й стрелковой дивизии:

"В первый день боев за станцию Александровская 86-я стрелковая дивизия потеряла 80% личного состава, в результате была заменена 56-й стрелковой дивизией (генерал-майор Буньков Степан Михайлович)".

При взятии Рехколово командир батареи 96-го артполка старший лейтенант Игорь Михайлович Бойцов с группой солдат оказался в кольце окружения и вызвал огонь на себя...

Вечером, началась атака 56 СД у станции Александровской, к утру станция была освобождена. Ночью 18 января наступление возобновилось, и к утру 19 января наши части вышли к Александровскому парку.

Из книги Бардин С. М.… И штатские надели шинели."Советская Россия", 1974.

С каждым часом бой усиливается. Наша тяжелая артиллерия пока на старых позициях. Нет еще дороги. По предложению начальника политотдела иду к заместителю командира по политчасти 141-го полка майору Зубареву. Ходить я привык и хожу быстро. Скоро добрался до балки, которая выходит в Верхнее Кузьмине. В этой балке всюду валяется инженерное имущество, ящики с боеприпасами, брошенные противогазы и каски. По мерзлой земле и снегу идти легко, и через час я уже был в расположении полка. У первой и второй траншей противника вся земля была так перепахана, что на два-три километра невозможно увидеть и клочка белого снега. Повсюду воронки, разрушенные хода сообщений, искореженная техника, а перед третьей траншеей — масса трупов фашистов. Видимо, наша артиллерия накрыла их в тот момент, когда они бежали к себе в тыл.

На командном пункте полка Зубарева не нашел, и никто не знал, где он. Вокруг — грохот. Рвутся мины и снаряды. Приходилось спасаться короткими перебежками от одного укрытия к другому, а то и ползти. Наконец, узнаю, что Зубарев во втором батальоне. Там я его и нашел. Он рассказал, что полк понес большие потери. В ротах осталось по сорок — сорок пять человек. Но настроение боевое, и бойцы смело штурмуют огневые точки противника… Фашисты ожесточенно отстреливаются из Малой Кабози — Мыкколово, все время контратакуют со стороны Пушкина и Соболева. Шоссейная дорога, связывающая Александровку — Соболево, удобна для действий танков врага, и полк вынужден всю артиллерию сосредоточить против них.

Из Александровки гитлеровцы были выбиты полком Краснокутского ночью, так как днем эту задачу выполнить не удалось: каждый дом был превращен в дот. Этот узел сопротивления для нас был очень важен. С севера он прикрывал пушкинско-павловскую немецкую группировку. При атаке была разгромлена вражеская 215-я пехотная дивизия. Сто фашистских солдат и офицеров сдались нам в плен.

17 января

 

Из книги Бардин С. М.… И штатские надели шинели."Советская Россия", 1974.

Этот день для меня особый — радостный и трудный. Радость вызвана обнадеживающими успехами — наши части по всему участку значительно продвинулись вперед. А трудный, потому что пришлось много поработать и походить под пулями и осколками врага. Когда я зашел на наблюдательный пункт, командир дивизии полковник Введенский предложил посмотреть в бинокль, и у меня от радости заколотилось сердце — наши подразделения медленно, но верно продвигались вперед. "Наши пошли в обход Пушкина", — сообщил комдив, как только я оторвал от бинокля глаза.

Комдив впервые был небрит. Истекшие двое суток, что дивизия ведет наступление, отняли у него много сил. Он даже осунулся. Чувствовалось, что у него напряжен каждый мускул и каждый нерв. И я его отлично понимал и сочувствовал ему. Ведь он в ответе за все. В случае неудачи с него строго спросят. А фашисты упорно сопротивляются. Каждый метр земли приходится брать с боя. Порой дорогой ценой.

"Сходите в полк Краснокутского, — приказал он мне, — посмотрите, как он разместился в Александровке, помогите ему в поддержании высокого накала, скажите, чтобы был бдителен"...

Командира полка я застал в бывшей немецкой землянке. Его заместитель по политчасти Давыдов лежал с перевязанной головой. Землянка поразила меня своей роскошной обстановкой, была обита обшивкой из Екатерининского дворца в Пушкине. Тут стояла старинная дворцовая мебель, валялись осколки дорогой фарфоровой посуды, старинные свечи. "Варвары!" — вырвалось у меня.

Заместитель Краснокутского по политчасти протянул политдонесение, в котором подробно описывались самоотверженные действия бойцов и командиров. Старшина Ловцов одним из первых поднялся в атаку. Скоро выбыл из строя командир роты. Тогда старшина взял на себя командование и повел роту в атаку. В этом бою он уничтожил десять фашистских солдат и взял одного в плен. Сегодня Ловцову вручен орден Красной Звезды. А вот еще один из фактов проявления героизма. Комсорг роты связной Шульгин, то ползком, то прикрываясь за бугорками, носил важные донесения. Проходя мимо пулеметного расчета, он заметил, что командир расчета ранен: лежит на земле. Отважный красноармеец ринулся на помощь расчету, который после этого снова открыл огонь по огневым точкам врага.

Заношу в свой дневник и такой факт. Второй батальон полка продвигался к позициям противника, который внезапно открыл огонь из автоматов и пулеметов. Бойцы вынуждены были залечь. Тогда командир взвода коммунист сержант Магас Хайрутдинов выдвинулся вперед с ручным пулеметом и меткими выстрелами уничтожил группу гитлеровцев. Ворвавшись в траншею, он обнаружил несколько трупов, восемь брошенных врагом пулеметов и два миномета. Путь вперед теперь был свободен. Хайрутдинов снова повел в атаку своих бойцов.

И последнее, что хочу записать. Когда полк ворвался в Александровну, фашисты открыли сильный огонь. Парторг батареи Александр Ковязин не растерялся. Он стал отыскивать огневые точки врага, тут же стал готовить данные. Артиллеристы по его команде подавили несколько пулеметных точек врага. В этом бою Ковязин был ранен, но поле боя не покинул.

В политдонесении были перечислены имена и погибших. Кое-кого я знал, например, бойца Пьянкова, сын которого отличился в первые дни войны и погиб в бою за село Ивановское. Прочел этот список, и защемило сердце. Да, трудно и горько, когда на глазах гибнут люди. Сегодня погибли одни, а завтра наверняка эта же участь постигнет и других. На войне смерть висит над тобой все время. Трудно, очень трудно выжить на фронте, да и каждая потеря острой болью впивается в твое сердце.

Долго в Александровке быть не пришлось. Позвонил в 141-й полк, который встретил упорное сопротивление врага в районе Верхнего Кузьмине. Опять в путь под свистом пуль и разрывами снарядов.

Из дневника Николая Левинтова:

"К исходу 17 января главная полоса обороны врага была прорвана. В 22 часа поступил приказ развернуться и идти через Пулково..."

Ночью советская дальняя авиация произвела массированный авианалет по немецким позициям (5-й и 6-й авиакорпуса — более 400 самолетовылетов: Пушкин, Красное Село, Ропша, Беззаботный). В течение дня  пикирующие бомбардировщики (58-й авиаполк) группами по 5-7 самолетов трижды совершили бомбометание по стреляющим артиллерийским батареям в Софии.

Из рассказа Юрия Никулина:

"… дан приказ занять огневую позицию в районе деревни Сузи к 8-ми часам утра 18 января.… Батарея выехала сразу, как только начало темнеть. Колонна медленно, но верно продвигалась вперед по избитым дорогам вместе с тысячами автомашин, танков, повозок, людей, которые непрерывным потоком двигались по трассе вперед, туда, где гремела канонада.… Разрывы тяжелых снарядов, падающих то вправо, то влево от дороги, не останавливали ни на минуту движение этой массы людей и техники.

Временами были остановки ввиду невозможности двигаться дальше. То был взорван мост, то головная машина или танк подорвались на минах, которыми было усеяно все вокруг, то участок дороги был вырван совершенно взрывом фугаса. Но все задержки как только можно быстро устранялись. Исковерканные машины и лошади сбрасывались в сторону, мертвых и раненых молча грузили на пустые машины, и снова двигалась эта черная громада железа, стали, горючего и человеческих сердец, каждое из которых выстукивало одно: вперед, вперед, вперед… О том, что нужно идти вперед, говорили прожекторы, неподвижно выставившие свои лучи — маяки для летящих ночных бомбардировщиков; о том, что нужно идти вперед, говорил гул канонады и взлетающие ракеты в районе Апександровки и Реутова. О том, что нужно идти вперед, говорил сухой морозный воздух, пропитанный порохом, лошадиным потом и кровью...".

18 января

Из книги Бардин С. М.… И штатские надели шинели."Советская Россия", 1974.

У Верхнего Кузьмине было жарко и тревожно. Фашисты все время контратакуют. У них в районе Соболева сильный опорный пункт. А у нас, как назло, на перекрестках дорог создались пробки, все забито техникой. На дорогах нет порядка. Каждый считает, что ему нужно проехать быстрее, чем кому-либо другому. На этой почве возникают споры, сопровождаемые дикой руганью.

Сегодня мне снова пришлось держаться за сердце. Вечером, во время отражения очередной контратаки фашистов, осколком мины был убит заместитель командира по политчасти 141-го полка майор Зубарев. Он пошел во второй батальон, чтобы организовать отпор врагу. Появление его в батальоне повлияло на исход боя — вражеская контратака была успешно отбита. Казалось, ничто Борису Сергеевичу не грозит. Он уже возвращался на командный пункт батальона, как вблизи разорвалась мина.
Погиб чудесный человек, примерный коммунист и воин. Сколько раз мы вместе с ним бывали на передовых, вели беседы с бойцами, вручали партийные билеты молодым коммунистам! И вот его не стало… Похоронили Зубарева со всеми воинскими почестями. На следующий день похоронили здесь и парторга второго батальона 103-го полка, старшего лейтенанта Ахмета Абдурахманова — любимца своих бойцов, настоящего патриота. О его гибели я узнал спустя сутки от его товарища, заместителя командира по политчасти этого батальона старшего лейтенанта Лазарева Александра Ивановича, такого же мужественного и такого же чистого сердцем и совестью человека, каким был и его товарищ. Не зря говорится: "Скажи, кто твой друг, и я скажу, "то ты".

Лазарев — русский, а Абдурахманов — узбек. Но это не мешало им дружить, нести вместе на своих плечах тяготы войны, помогать друг другу слить свои усилия в той работе, за которую отвечали. Лазарева и Абдурахманова часто можно было встретить мирно беседующими. Да и жили они чаще всего в одной землянке.

Я как-то спросил Абдурахманова:

— Ахмет, скажи, пожалуйста, кто у тебя лучший друг в дивизии?
— Саша Иванович, — улыбаясь, ответил Абдурахманов. Он всегда так называл друга. Русское имя "Саша" ему очень нравилось. Он говорил, что когда родится у него сын, то назовет его Сашей — в память о верном фронтовом друге. У Абдурахманова в записной книжке был домашний адрес ленинградца Лазарева, а у Лазарева — ташкентский адрес Абдурахманова. Ахмет подарил Саше фотокарточку своей сестры. Говорил, что обязательно их поженит. Не знаю, осуществился бы этот замысел Ахмета. Я уверен, если бы они не погибли, обязательно ездили бы друг к другу в гости, а может быть, и жили бы в одном городе — в Ленинграда или Ташкенте."

Очередной ночной авианалет дальней авиации. Ночью над одним из самых высоких зданий Слуцка (Павловск) взвился красный флаг.

Ночное наступление.

19 января

Войска Ленинградского фронта перешли в наступление из района Пулкова и южнее Ораниенбаума, прорвали немецкий фронт.

К утру советские части вышли к Александровскому парку.

Освобождено Красное Село.

20 января

Из книги Бардин С. М.… И штатские надели шинели."Советская Россия", 1974.

В районе 59-го полка, а он недалеко от Пушкина, — мертвая тишина. Как будто и войны нет. Но стоит посмотреть на поля и дороги, как настроение тут же меняется. Тысячи черных воронок. Всюду уныло стоят разбитые танки и машины, лежат еще не убранные трупы фашистов. Траншеи и хода сообщений обвалились и перепаханы танками, И среди всего этого завала выделяется лишь одна дорога, ведущая в Александровку, которую построили за предыдущую ночь.

Во второй половине дня радио оповестило, что освобожден Новгород и о соединении нашей 42-й и 2-й ударной армии, начавшей свое наступление с Ораниенбаумского пятачка. Гитлеровская группировка в районе Стрельно — Урицк окружена. В честь победы мы провозгласили здравицу и выпили по чарке водки.

Побывал в редакции дивизионной газеты "За победу". Застал редактора Валентина Мольво, секретаря Иосифа Альбаца и литсотрудника Николая Шишкина за составлением макета очередного номера маленькой двухполоски. "Что даете в следующем номере?" — спросил я. Мольво, улыбаясь, ответил: "Два указа, два приказа, пара сводок и портрет — вот и вся моя газета, ничего в ней больше нет!" И протянул мне аккуратно расчерченный лист бумаги с надписанными заголовками.

Действительно, вся первая полоса была занята приказами и сообщением Совинформбюро. На второй полосе, сверху, крупными буквами била в глаза шапка: "Бей фашиста так, чтобы он навсегда запомнил силу ленинградского удара!" По стилю слабовато, а по содержанию правильно. Вся эта полоса, сообщил Мольво, будет посвящена героям боя — рядовым и сержантам, получившим первые правительственные награды.

Список награжденных в редакции уже имелся, и я узнал, что медалью "За отвагу" награждено десять человек, медалью "За боевые заслуги" — семь. Некоторые имена я записал. Вот они: рядовые Павел Иванович Бажин, Николай Дмитриевич Дмитриев, Михаил Сергеевич Князев, Лев Наумович Галлер, Петр Дмитриевич Маликов; ефрейторы — Яков Иванович Иванов, Иван Афанасьевич Исаев, Николай Павлович Вишняков, Александр Николаевич Ермаков, Максим Леонтьевич Мельников.

Из редакции пошел в политотдел, который уже переехал в большой дом на окраине поселка Кургелево, отбитого у врага. Вошел в дом и удивился. В нем были сооружены двухъярусные нары, а стены, обитые картоном, — исписаны. По свидетельству местных жителей, здесь спали наши молодые ребята, согнанные фашистами со многих деревень Ленинградской области на строительство дорог и опорных пунктов. Нары грязные. Застелены истлевшей соломой. На стенах осталось много надписей. Стены служили обитателям дома своего рода книгой, в которую люди записывали свои мысли и чувства. Кто-то зачеркнул написанное. И все же нам кое-что удалось прочесть. В словах, начерченных на картонах, выражалась ненависть к "новому порядку", чувства гнева и печали. Кто их писал, кто эти люди, куда угнали их гитлеровцы? Невольно подумалось: "Трудно, очень трудно человеку, попавшему в неволю, особенно, когда ты бесправен что-либо сказать и что-либо сделать в защиту себя и своих товарищей, когда каждый твой шаг под присмотром, когда все время на тебя смотрит черное дуло пистолета или автомата".

21 января

Артиллерия Балтийского флота (101-я морская железнодорожная бригада) нанесла огневые удары по немецким батареям в районе города Пушкина, продолжавшим обстреливать Ленинград. Корабли флота (эскадренные миноносцы "Стройный", "Строгий", "Опытный" и "Грозящий") вели огонь по вражеским войскам, находящимся в районах Тярлево, Пушкина, Слуцка (Павловск).

56 Стрелковая дивизия занимала исходные позиции вдоль Варшавской ж.д. и к 11 часам 30 минутам стремительной атакой ворвалась в деревню Соболево и стала продвигаться к городу Павловску.

22 января

Советскими войсками перерезана дорога из Пушкина на Гатчину (72-я стрелковая дивизия, генерал-майор Ястребов Илья Иванович); достигнута дорога к Антропшину (85-я дивизия). Двумя полками через Александровский парк с запада начат штурм города (56-я дивизия). Главный штурм города идет с западных окраин. 72-й стрелковый дивизии присвоено почетное наименование "Павловская".

22 января гитлеровцы еще обстреливали Ленинград на тяжелых орудий, стоявших в Пушкине. Это были последние снаряды, взорвавшиеся в городе на Неве.

Из книги "Воздухоплаватели":

"22 января противнику в последний раз удалось обстрелять Ленинград восемью снарядами из Пушкина". Пять снарядов (406-мм) разорвались в Московском районе, были убиты два и ранены три человека.

23 января

В результате решительных действий и тяжелых боев удалось прорвать оборону немцев и вынудить их, предчувствуя полное окружение гарнизона, выходить на Антропшино и Гатчину.
Уже в ночь на 24 января, заметив, что немцы начали отход, с севера со стороны совхоза «Детскосельский» и вокзала начало наступление соединение полковника Масловского, в составе которого находился 267-й отдельный пулеметно-артиллерийский батальон под командованием майора Н. И. Мельникова, стоявший здесь в обороне 28 месяцев.

Бойцы 267-го батальона вышли на окраину Пушкина со стороны железнодорожного вокзала, где в считанные минуты уничтожили вражеский огневой заслон. Комсомолец 4-й роты Ахмет Галиев водрузил красный флаг над зданием вокзала.

Немцы, обороняющиеся под Пушкином и Павловском, охвачены советскими войсками с трех сторон.

Придавая большое стратегическое значение городу Пушкину как важному опорному пункту, фашисты создали здесь мощный узел обороны — часть «Северного вала». Город опоясывали глубокие траншеи, в парках и на пустырях стояли вкопанные в эемлю танки, многие дома были превращены в мощные огневые точки. Тяжелые орудия, установленные на улицах Первого Мая (Конюшенной) и Пушкинской, обстреливали Ленинград и позиции советских войск. Корректировка огня велась с высоких сооружений города г. — церквей, Белой башни, финской кирхи.

В ходе боев за полное освобождение Ленинграда от вражеской блокады войска Ленинградского фронта сокрушили «Северный вал» — всю систему обороны фашистов. В развернувшемся сражении участвовали все рода войск. На главном направлении наступал прославленный 30-й гвардейский корпус Героя Советского Союза Н. П. Симоняка. За два дня гвардейцы взломали первую, считавшуюся особенно неприступной, полосу фашистской обороны.

Как уже говорилось, гитлеровцы создали в районе г. Пушкина мощную зону минирования. Были заминированы Октябрьский бульвар, улицы Коммунаров, Революции и Московская. Часто мины были установлены в два яруса и замаскированы под булыжник. Поэтому во время наступления вместе с пехотой в город входили инженерные батальоны.

Бойцы обнаружили под стенами Екатерининского дворца и в его помещениях 11 авиабомб, соединенных между собой проводами. Фашисты намеревались взорвать все, что еще чудом уцелело. Газета «Ленинградская правда» опубликовала воспоминания командира 191-го батальона инженерных заграждений Н. Сухарева. Он писал: «В Большом (Екатерининском) дворце было снято и обезврежено 11 авиабомб весом около тонны каждая, один фугас и около 50 противопехотных мин и сюрпризов».

Как был спасен от взрыва Екатерининский дворец, рассказал разведчик А. А. Иванов, направленный для: разведки в Пушкин в ночь на 24 января 1944 года: «В эту ночь мы были в разведке втроем. Перешли линию обороны, проникли в Пушкин, увидели, что фашисты го¬товятся к эвакуации. Чтобы не столкнуться с ними, мы пошли парком и вскоре увидели перед собой дворец… Мы решили обойти его и тут натолкнулись на провод. Я двоих оставил в парке, а сам пошел туда, куда этот провод вел. Так я обнаружил, что он тянулся в один из залов дворца, где были сложены авиационные бомбы примерно по тонне весом. Я понял,- что гитлеровцы задумали взорвать дворец, и решил провод обрезать. У меня были с собой саперные ножницы, я отстегнул их от ремня и перерезал провод. Потом мы еще раз обошли дворец,— больше проводов не обнаружили. В это время увидели, как одна за другой отъехали от дворца несколько автомашин с награбленным имуществом. Было ясно — гитлеровцы покинули дворец и через несколько минут с помощью дистанционного управления попытаются его взорвать. Но взрыва не последовало...» Так был обезврежен гитлеровский «сюрприз», сорван фашистский план полного уничтожения замечательного памятника русской культуры.

Есть другой вариант развития событий. О нем пишет Ю. М. Лебедевым, опубликовавший заметку «Почему обер-лейтенант Мерле не взорвал церковь в Екатерининском дворце?».

Несмотря на то, что саперами были предприняты необходимые меры по полному разминированию Екатерининского дворца и предотвращению его дальнейшего разрушения, оказалось, что не все взрывные устройства были сразу обнаружены. Выявлено это было через неделю после освобождения города при странных и удивительных обстоятельствах. В ночь на 1 февраля 1944 г. в Екатерининском дворце внезапно вспыхнул крупный пожар, принявший сразу же большие размеры (см.ниже).

Такие же фугасы оказались и в Александровском дворце. Мощный заряд взрывчатки был обнаружен также в здании сельскохозяйственного института. 

Город Слуцк переименован в Павловск, а Слуцкий район — в Павловский район. 

24 января

В ночь на 24 января немцы, боясь полного окружения, покинули свой передний край обороны, обращенный к Ленинграду.

Утром, в 2 часа 40 минут первая штурмовая группа советских воинов -  батальоны 213 СП полковника Рябушева ворвались в город Пушкин с юга. 56 и 85 СД замыкали кольцо в Павловске. 

В 5 часов утра 184-й стрелковый полк занял Павловск, а к 12 часам утра дивизия освободила Федоровское и Аннолово

В результате упорных боев и умелого обходного маневра к полудню 24 января 1944 года Пушкин был освобожден.

В знак полного освобождения города в 12 часов 30 минут  лейтенант Иван Свиридюк водрузил над аркой Лицея Красный флаг. Одновременно был освобожден и Павловск.

Штаб дивизии переезжает в Замболово. И мы, политотдельцы, двинулись за ними, вслед огромному потоку людей и машин, пробираясь по лесным дорогам, чащобам и болотам. Путь изнуряющий. Но разве остановишься? Разве позволишь себе зайти в какую-нибудь хату, чтобы выпить горячего чая и потом прилечь на часок-другой на мягкую постель? В пути узнали, что города Пушкин и Павловск очищены от немцев. Хорошая новость.

После освобождения этих городов 24 января 1944 года 72-я дивизия продолжала развивать наступление и овладела железнодорожными станциями и населенными пунктами, в том числе Кобралово, Семрино, Сусанино, Красницы, Вырица.

Из книги "Путь доблести и славы":

"В 9 часов вечера столица нашей Родины — Москва — от имени Родины салютовала нашим доблестным воинам, овладевшим городами Пушкин и Павловск, — из ста двадцати четырех орудий. Пушкин и Павловск были оккупированы вражескими войсками 859 дней.

Из дневника Александра Болдырева:

"События грохочут: сегодня приказ о взятии Царского Села и Павловска. Продолжается оттепель. Фронтовики в валенках по колено в жидком снегу. Говорят, прорыв осуществляли новые части. В них молодцы лет по 20, атлеты, лыжники, все только с автоматами. Пленных не берут, с неистовой яростью дробят прикладами, режут, душат… Хороший тон у них — чтобы белый халат был побольше залит пятнами вражеской крови..."

В 21 час в Москве в честь освобождения городов Пушкин и Павловск был дан салют 12-ю артиллерийскими залпами из 124-х орудий. 56 СД получила почетное наименование Пушкинской, а 72 и 85 СД — Павловских, за умелое руководство операцией по освобождению наших городов Ивану Васильевичу было присвоено звание генерал-лейтенанта.

Название города было присвоено также одному из летных соединений. В этом соединении звания Героев Советского Союза получили 25 летчиков. Среди них — Н. Пилютов, Н. Зеленов, П. Лихолетов, Ф. Чубуков, дважды Герой Советского Союза П. Покрышев.

Фактически, когда в январе 1944 года наши войска освободили город, он был практически пуст. Наиболее достоверные скорбные данные о населении города таковы:
В городе Пушкине за время оккупации погибло 18368 человек

  • от попадания авиабомб — 285;
  • от голода — 9514;
  • расстреляно — 6267, из них 50 детей;
  • повешено—1105;
  • умерло после истязаний —1214.

За это время было угнано в немецкое рабство 17968 чел. Сколько из них вернулось обратно, никто не знает.

 25 января

Около Пушкина огнем зенитной артиллерии сбит советский штурмовик (мл. л-нт Алексей Семенович Камшилов, 999-й штурмовой авиаполк).

Из сообщения Советского Информбюро: "В течение 25 января юго-западнее и южнее Пушкина наши войска, продолжая развивать наступление, овладели населенными пунктами Сяскелево, Реболово, Хиндикалово, Черново, Сямелево, Сеппелево, Корпиково, поселок Рошаля, Кеккелево, Лукаши, Вяхтелево, Местелево, Федоровское, Пабузи, Черная речка и железнодорожными станциями Антропшино, Владимирская, Фрезерный".

Из письма командира 110-го стрелкового корпуса генерал-майора Ивана Васильевича Хазова
жене: "Извини, что несколько дней я тебе не писал. Ничего не поделаешь. Не мог. Не было ни одной минуты времени. Только сегодня, после прорыва укрепленной полосы противника, после того, как мы
штурмом захватили Пушкин (бывшее Царское Село) и Слуцк, и заставили противника бежать… я наконец мог сесть и написать несколько строчек… Я жив, здоров, прекрасно настроен. Немного устал. Ты не беспокойся, Лизочка! Все будет по-хорошему..."

… Ранним утром 25 января 1944 года, когда только-только начало светать, в Пушкин отправилась «репортажка» Ленинградского радиокомитета. Организатор радиопередач Л. Маграчев, чтец Ю. Калганов, поэт О. Ф. Берггольц и другие должны были вести передачу из только что освобожденного Пушкина. В репортаже из разрушенного города Ю. Калганов читал стихи Пушкина, посвященные лицейским годовщинам. Вдохновенно говорила и читала свои стихи О. Берггольц

Берггольц О. Мы пришли в Пушкин (1944)

26 января

В окрестностях Пушкина пикирующие бомбардировщики (58-й авиаполк) бомбили живую силу и технику немцев.

Пожар в Павловском дворце продолжался с 24 по 26 января. Из книги Павла Лукницкого "Ленинград действует...": "Я тщательно фотографирую этот пожар. Бой еще идет неподалеку от Павловска, наши воины бьют гитлеровцев с вдохновением ненависти, которой предела нет. Но Павловский дворец, драгоценный памятник русского зодчества, на наших глазах горит!"

Освобождена Гатчина.

27 января

Из дневника первого главного хранителя Гатчинского дворца Владимира Кузьмича Макарова: "… Павловский сгорел. Что тут можно сказать. Это больше слов..."

Из рассказа Юрия Никулина "Две встречи": "… Когда мы вошли в город, то никого из жителей не видели. Отступая, немцы Пушкин почти сожгли. Лишь на третий день после вступления советских войск в Пушкин из деревень и землянок в город стали возвращаться местные жители. Некоторые из них внимательно вглядывались в каждое лицо, надеясь найти среди бойцов своих родных, близких. А одна женщина стояла у дороги и у всех проходящих военных спрашивала: — У вас нет в части Коли Белова, сына моего? Проходили по этой дороге и мы. Она и у нас спросила. Мы с радостью ей сказали: — Есть у нас Коля Белов. Он из Пушкина. Так мать встретила сына. Отца Николая фашисты казнили в первый же день вступления в город. Мать успела уйти в одну из деревень, где жила в землянке. Коле Белову дали один день для свидания с матерью..."

Освобождена Вырица.

В Ленинграде в ознаменование окончательного снятия блокады был дан салют. 24 залпа из 324 орудий. От канонады сотен орудий в городе из уцелевших окон вылетали стекла. Впервые за всю историю Великой Отечественной войны салют проводился не в Москве.

27 января 56-й стрелковой дивизии (бывшая 7-я дивизия народного ополчения) и 275-й истребительной авиадивизии присвоено почетное наименование "Пушкинская", 85-й стрелковой дивизии (2-я дивизия народного ополчения) — "Павловская".

28 января

Митрополит Алексий в составе областной Комиссии по расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков посетил город Пушкин. Под впечатлением увиденной картины варварского разрушения дворцов и храмов он написал гневную статью для "Журнала Московской Патриархии".

 

 

 

30 января

Советские войска вышли на рубеж реки Луги.

31 Января

Состоялсяпервый выезд музейщиков в освобожденные пригороды.

Из письма Зеленовой Кучумову: "Да чуть главное не пропустила! Сегодня в Ленсовет направлены списки для утверждения на вызов 5-ти человек! Вызываются (по нашему всеобщему настоянию) Мамин, Трончинский, Попова, Чубова и Кучумов. Еще неизвестно, последует ли разрешение, но полагаю, что… скоро увидимся".
 

Январь 1944 года.

134-й гвардейский стрелковый полк (в октябре 1942 года дивизия была преобразована в гвардейскую — Ф. Е.), которым командовал подполковник С. М. Корягин, с черных Пулковских высот пошел на штурм железобетонного пояса врага, чтобы снять блокаду Ленинграда. Среди наших гвардейцев были представители самых различных уголков страны России, которые шли и ехали сюда, чтобы выбросить врага с родной земли, овеянной славой предков.     За шесть дней напряженных боев гвардейцы дивизии освободили 20 населенных пунктов Пушкинского района — деревни Рехколово, Кургелево, Синда, Кабози, Мыкколово, Коврово и другие. Рядовой, сержантский и офицерский состав проявил многочисленные примеры героизма, мужества и отваги. 1219 воинов дивизии были удостоены государственных наград. Старшему лейтенанту И. М. Бойцову и младшему лейтенанту А. И. Волкову посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.(источник) 

Более 56 тысяч жителей проживало до начала войны в Пушкине. За годы оккупации было расстреляно 6267 человек, повешено 1105, умерло от истязаний 1214, погибло от бомбежек и обстрелов 268, умерло от голода 9514, угнано в концентрационные лагеря 17 968.

В Тярлево закрыт храм Спаса-Преображения.

 

Освобождённый Пушкин

Войска вошли в некогда прекрасный, а теперь безлюдный, разрушенный, горяший город.

В горящий город вслед за наступающими бойцами влетели пожарные машины с личным составом 31-и (Пушкинском) пожарной части. 

Сразу же после освобождения Пушкина в январе 1944 года бойцы строительных отрядов МПВО расчистили территорию города от мин и приступили к его восстановлению.

В городе сразу же была создана военная комендатура, которая кроме своих непосредственных задач выделяла солдат для охраны оставшихся ценностей, помогала в расчистке завалов и обезвреживании мин. Необходимо было проверить все ранее занимаемые немцами дома и землянки. Солдаты принимали участие и в сборе книг, разбросанных вокруг сожженной городской библиотеки. Все найденное собиралось и сдавалось под охрану. 

Февраль

1 февраля

В Екатерининском дворце начался страшный пожпр. Водопровод в это время в Пушкине не работал. Здание пушкинской пожарной команды было разрушено авиабомбой, а оборудование — разграблено. Небольшой пушкинский пожарный отряд не мог справиться с пожаром, и поэтому по решению Военного совета Ленинградского фронта ему на помощь был направлен сводный отряд в составе десяти команд, сформированных из самых квалифицированных экипажей Ленинграда: Февраль 1944 года. В огне пожара Екатерининский дворец. О причинах пожара можно только догадываться. Некоторые специалисты выдвигали версию, что немцы оставили во дворце какой-то «сюрприз» с приспособлением замедленного действия, приведшим к возникновению пожара. Это утверждение весьма сомнительно. Последние дни января 1944 г. были очень морозными. Температура воздуха достигали минус 20 градусов. Поэтому, вероятнее всего, причиной пожара было неосторожное использование открытого огня в помещениях со стороны дозорных, охранявших дворец.

Как уже говорилось, гитлеровцы создали в районе г. Пушкина мощную зону минирования. Были заминированы Октябрьский бульвар, улицы Коммунаров, Революции и Московская. Часто мины были установлены в два яруса и замаскированы под булыжник. Поэтому во время наступления вместе с пехотой в город входили инженерные батальоны. Несмотря на то, что саперами были предприняты необходимые меры по полному разминированию Екатерининского дворца и предотвращению его дальнейшего разрушения, оказалось, что не все взрывные устройства были сразу обнаружены. Выявлено это было через неделю после освобождения города при странных и удивительных обстоятельствах. В ночь на 1 февраля 1944 г. в Екатерининском дворце внезапно вспыхнул крупный пожар, принявший сразу же большие размеры (см.ниже).

Такие же фугасы оказались и в Александровском дворце. Мощный заряд взрывчатки был обнаружен также в здании сельскохозяйственного института. Не понятно было, почему немцы, серьезно подготовившись к подрыву дворцов и других сооружений, не осуществили этого. Ответ был найден Ю. М. Лебедевым, опубликовавшим заметку «Почему обер-лейтенант Мерле не взорвал церковь в Екатерининском дворце?».

Немцы настолько быстро покидали город, что оставили большое количество минных полей даже с неубранными указателями на незакрытых проходах с надписями на немецком и испанском языках. Были оставлены сотни мин, снарядов и других боеприпасов вокруг дворцов и в парках. Взрывчатка была установлена у входов в дома и квартиры, а мины-ловушки — около столов, стульев и брошенных вещей (например, у лыж). Их прикрепляли к чернильным приборам, авторучкам, часам, к лопатам, топорам, пилам и др. Все это саперы обнаруживали и умело обезвреживали, что дало возможность нашим воинам избежать потерь и ранений от случайных взрывов. Для ускоренного разминирования города в Пушкин был прислан специальный саперный батальон с собаками. Саперы ежедневно снимали сотни пехотных и противотанковых мин. Они вывозили мины на окраину города, загружали в фашистские окопы и траншеи и взрывали их. Только в первые дни после освобождения Пушкина в городе было убрано около четырех тысяч мин. В первую очередь было приказано разминировать дворцы и Лицей. В подвале Лицея был устроен склад боеприпасов: огромное количество противотанковых мин, артиллерийских ракет, патронов. Пушкинцы, возвратившиеся в город сразу же после его освобождения, еще долгое время не могли ходить по улицам, которые были заминированы немцами. Массовый въезд в город населения еще долго был закрыт в связи с необходимостью тщательного проведения работ по разминированию. 

4 февраля

Через станцию Александровская из Ленинграда в Гатчину по отремонтированному пути проследовал первый товарно-пассажирский поезд.

Из дневника Владимира Кузьмича Макарова: "… Часть ваз из цветного камня в Эрмитаже может безболезненно… взяты в загороды — для Павловска".

7 февраля

Из дневника Макарова: "Царское — реставрировать в прежнем виде по возможности. Павловск — декорируется заново в стиле Людовика XVI. Лучшие образцы во Франции, мебель подлинная из Германии. Интимные портреты этого времени в большом количестве имеются у нас… В целом при наличии средств в 3-5 лет можно восстановить пригороды замечательной и даже большей содержательностью, чем они были...".

8 февраля

В город Пушкин прибыла рота местной противовоздушной обороны (МПВО).

12 февраля

Освобождена Луга.

13 февраля

Командиру батареи 96-го артполка старшему лейтенанту Игорю Михайловичу Бойцову, вызвавшему 16 января 1944 года огонь на себя при взятии Рехколово посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

14 февраля

В Павловске открыта контора связи, в Пушкине — отделение связи.

Из показаний военного корреспондента инженерного отдела штаба главного немецкого командования сухопутных сил Рудольфа Харига, захваченного в плен 14 февраля 1944 года на Ленинградском фронте: "Осенью прошлого года я, будучи в Берлине, получил новое назначение. Меня направили в район Ленинграда, где я должен был ознакомиться с работой немецких саперов. В ноябре я прибыл на фронт. В штабе 50 армейского корпуса начальника саперных войск полковника Дюринга я получил необходимые сведения и побывал у Литовского канала, а также около города Пушкин. Я имел полную возможность осмотреть укрепления, возведенные под Ленинградом, и нашел их в прекрасном состоянии. Такого же мнения придерживались военные специалисты в Берлине и на фронте. Все были в полной уверенности, что наши укрепления неприступны и выдержат любой натиск советских войск...".

26 февраля

Из дневника Анны Ивановны Зеленовой: "Восстановление ленинградских пригородов — это дело национальной чести. На это уже выделены деньги".

Из книги А.Иваненко "400 лет Тюмени". "В феврале 1944 года милиция по Тюмени собирала котов и кошек для отправки в Ленинград.. своих кошек голодающее население давно съело. В Государственном Комитете Обороны (ГКО) было решено набрать кошек в Сибири. За две недели в Тюмени собрали 238 усатых защитников Ленинграда от грызунов, а всего Сибирь отправила 5 000 котов и кошек. В специальных теплых вагонах их доставили к месту назначения в Ленинград, Петродворец, Пушкин (Царское Село), где они успешно выполнили свое дело и дали начало новой популяции ленинградских кошек" (котенок в то время стоил 500 рублей, килограмм хлеба с рук 50 рублей, зарплата сторожа составляла 120 рублей).

Павловский городской комитет партии возобновил свою деятельность. 

Март

6 Марта

Со стороны Пулкова под развернутыми знаменами в Ленинград вошли полки партизанских бригад. До этого в город вошли другие бригады… Из рапорта партизан на имя руководителя города товарища Жданова: "За 15 месяцев в тылу врага партизаны 5-й бригады сбросили под откос 81 вражеский эшелон, 6 бронепоездов, следовавших к фронту. Взорвано 223 моста и рельсы на Варшавской и Витебской железных дорогах..."

11 марта

Учителя Пушкина, Павловска и района убыли в Ленинград на трехдневный инструкторско-методический семинар, организованный специально для педагогических кадров из освобожденных районов.

15 Марта

Восстанавливается железная дорога, линия Витебского направления. Из приказа: "Рельсы в главный путь класть не короче 3,5 метра".

17 Марта

Павловск посетили сотрудники Института земного магнетизма. Комиссия установила, что возвращение осерватории на старое место не имеет никакого смысла — все обсерватории и жилые дома уничтожены взрывами и огнем.

21 Марта

Из дневника Владимира Кузьмича Макарова: "Конференция о загородных дворцах. Их будущее..."

 28 марта

На аэродром города Пушкина из-под Парголово перебазирован 102-й авиаполк дальнего действия.

29 марта

Принято постановление Правительства о восстановлении Ленинграда, в котором указано: "Предрешить восстановление городов Пушкина и Петродворца как мест массового отдыха трудящихся Ленинграда".

 

Апрель

5 апреля

В пушкинском сельскохозяйственном институте приступили к восстановительным работам.

9 апреля

Из приказа штаба дивизии 102-му авиаполку дальнего действия: "На участке действий авиаполка противник перешел в решительное наступление, вводя в бой все огневые средства и пехоту. Авиация действует по переднему краю наших войск. В ночь на 10 апреля уничтожить артпозиции и скопления войск противника в районе пункта Аувере; разрушить перекресток дорог в 15 километр; юго-западнее Нарвы".

13 апреля

Под Псковом смертельно ранен генерал-лейтенант Хазов И.В. Перед смертью Хазов попросил, чтобы его похоронили в Пушкине — первом городе, который освободил его прославленный корпус. Просьба генерала была выполнена. Похоронен в Александровском парке напротив разрушенного немцами Китайского театра.

14 апреля

Из дневника Владимира Кузьмича Макарова: "Н.Н. Белехов от Комиссии по пригородам поручил мне составить воззвание к работникам искусств Ленинграда (и всей страны) по поводу гибели дворцов".

18 апреля

Пасха. Первая Пасха в освобожденном городе. 

Апрель

В начале апреля 1944 года на основании постановления Государственного комитета обороны Совнарком принял решение «восстановить в прежнем виде внешний ансамбль дворцово-парковых территорий Екатерининского, Александровского, Павловского парков». Вслед за этим последовало решение Ленгорсовета о проведении срочных мер по сохранению пострадавших памятников архитектуры.

На основании постановления ГКО Совнаркомом принято решение "восстановить в прежнем виде внешний ансамбль дворцово-парковых территорий Екатерининского, Александровского, Павловского парков".

Из публикации "Такая служба: контрразведка": "В апреле 1944 года он (Кретинин, направленный в октябре 1943 года из "Голубой Дивизии" под Пушкином в Русскую освободительную армию) был завербован капитаном германской армии Меньшиковым и направлен в военно-разведывательную школу в Ноендорфе… После 14-дневного обучения курсанты, в том числе и Кретинин, получили направление в Минск в разведку воздушной армии. А в общем выходило так, что Кретинин настолько глубоко "внедрился" во вражеские структуры, что никак не мог оттуда "извлечься". Теперь же (после его ареста) советская контрразведка добилась главного: после основательной отработки Синякова и Кретинина была получена информация о 7 агентах, работающих в тылу советских войск, и еще о 10 разведчиках, подготавливаемых к переброске на нашу сторону...". 

Май

К маю 1944 года в Пушкин возвратилось 670 жителей. Они начали восстанавливать жилье, торговые и бытовые предприятия. Разобрали завалы, расчистили улицы, засыпали противотанковые рвы и траншеи.

6 Мая

Из пиьсма А. Кучумова из Пушкина своей жене: Добрый день, моя маленькая любимая женушка, шлю тебе свои любящий привет. Судьбе было угодно, чтобы я остался работать здесь. Обстоятельства сложились так, что иного выбора не было. Попасть в Ленинград очень трудно сейчас, а потом будет еще труднее, у меня эта возможность была бы всегда, но надежды получить квартиру никакой. Поэтому ради сохранения своей чудом уцелевшей квартиры мне приходится идти на большие уступки, в смысле материальных условий… Так или иначе, я занял здесь очень высокое положение, пользуюсь пока всеобщим уважением и почетом., этого вполне достаточно.… В моем письме опишу Вам свои первый визит в родной уголок — на свою Белую башню. В прошлом большом письме с продолжениями я описал Вам свою поездку в Пушкин и состояние Екатерининского дворца. Осмотр его занял время до вечера. Поужинав, остался в Пушкине ночевать у коменданта дворцов. Целый вечер просидели с Женей, без конца обсуждая все виденное и все возможности к возрождению былой красоты… Лег спать в 2 часа...

Рано утром проснулся и по пустынной улице Васенко, неузнаваемой, заваленной деревьями, обломками и мусором, с руинами и грудами кирпича вместо домов направился к Александровскому дворцу. Несмотря на ясное солнечное утро, поражала могильная тишина, безмолвие… Мертво все кругом, ни души. Вхожу в парк… Знакомые родные места, но как страшно здесь. Бурелом,., огромные свалки мусора с обломками дворцовых вещей, разло¬манные решетки, сорванные ворота парка. Желто-белый величественный фасад дворца носит тяжелые следы недавних боев... 

Напротив дворца за прудом десятки землянок, бункеров и дотов, часть их расположена и на этом берегу пруда. Кажется, что гигантские чудовища-кроты взрыли весь парк. Страшная картина… ведь в памяти по-прежнему встают зеленые луга и мощные дубы, так, как мы видели их в последний раз, покидая Пушкин. Подхожу к мосту-плотине, пробираясь через свалки мусора, дальше картина еще ужасней — бурелом, взрытая земля… Одному страшно пробираться к башне, которая видна из-за вала бастиона. Возвращаюсь обратно к воротам дворца… К счастью, здесь встретил проходящего бойца-минера, познакомились, попросил его пройти со мной. Он согласился, правда, не очень охотно, так как этот район еще не обследован до конца… Идем… он впереди со своими принадлежностями, осматривая каждый вершок дорожки, еле заметной под обломками деревьев, я иду за ним… буквально по его следам. Через несколько метров несколько срубленных деревьев поперек дорожки преграждают путь, перед ними минер находит.мину, разряжает ее… Продолжаем медленное продвижение вперед — еще два сюрприза вытаскивает он из под веток — гранаты с запалами… Кругом не парк — это лес после страшной бури… От плотины до бастиона нет почти ни одного дерева, одни стволы — ветви сбиты, высокая трава заволакивает их. Подходим к чугунным воротам и страшное опустошение родного любимого уголка Белой башни перед глазами...

Живущие в доме (Руина у Белой башни) были выселены за пределы парка так спешно, что Ярица не успел взять корову. Он пошел в комендатуру за разрешением взять ее, ему разрешили, и он с Ванюшкой пошел туда. Подошел к дому, но немцы корову не отдали и объявили его партизаном, а за проход в запретную зону (парк) приговорили к повешению! Его и Ванюшку повесили на столбе уличного указателя напротив Кино. Он смерть принял спокойно, перекрестился и сам одел петлю, Ванюшка очень плакал, поэтому его оглушили прикладом и повесили… Проклятые звери… Остальные его родственники уехали в деревню под Гатчиной… Ужасов много, всего не напишешь. О городе Пушкине и АДМ напишу в следующем письме. Пока до свидания, крепко целую. Ваш папа..."

9 Мая

Ночью 25 бомбардировщиков 102-го авиаполка дальнего действия парами и звеньми взлетали на бомбежку эшелонов на станции Тапа в трех десятках километров юго-западнее Ракваре (Эстония).

14 мая

Из письма А. Кучумова жене: Большая работа ведется в пригородах по консервации дворцов, а также сбору вещей, находим очень много, но далеко от тех мест, где они находились раньше. В АДМ  (Александровский дворец-музей) я организую хранилище для всех наиденных вещей, начинаем свозить отовсюду. Большую помощь в этом деле окалывают воинские части. Хранителем пригородного хранилища назначу Попову, она скоро должна приехать, административно хранилище подчиняется главному хранителю… Работы уйма, но она интересна, прямо увлекает, особенно когда видишь ее реальные результаты. Больше двух дней в Отделе не нахожусь, все время в бегах по городским объектам, а их здесь у меня немало, или в пригородах...  послезавтра нужно ехать в Пушкин дня на 3-4 и в Павловск. Договорился с Художественным училищем, они будут снимать сохранившиеся фрагменты лепки, резьбу Антикамеры и другие работы по консервации музея, нужно составить с ними план очередности работ. Приехал Анатолий Александрович Дмитриев, халтурит у нас же, но сейчас он очень полезен. Ермошин работает у Жени в Пушкине инженером объектов...

Послезавтра поеду в Пушкин копать огород, землю взяли в садоводстве у Шапели, справа от Сиреневой аллеи (она цела). Много посадить не смогу, так как некогда работать, да и нет возможности получить много семян <...> Работой в целом я очень доволен, трудности огромные, конечно, по когда видишь результаты работы, очень приятно. Плохо дело с кадрами и вообще со штато.м. Делаю полную перестановку, многих, видимо, придется убрать совсем, как несоответствующих, отсюда обиды, но что делать, лес рубят щепки летят. Я твердо провожу свою линию, все для дела, а не для людей, как было до этого <...> Одним словом либо дело вытащу, либо сверну голову, другого выхода сейчас нет. Дипломатичными разговорами здесь не отделаешься.

С хранилищами тоже целая проблема. Заставил немедленно вывезти пострадавшие предметы из собора (Исаакиевского), вместо 8 хранилищ организую два основных, с филиалом в Эрмитаже. Предметов здесь раза в три больше, чем у нас. С хранителями тоже беспорядок, закреплены не по хранилищам, а по пригородам, в некоторых хранилищах хранителей совсем нет, поэтому часть предметов беспризорная, что отразилось очень и очень… Ввел такую же структуру, что и у нас. С Зеленовои, Гуровой и Тихомировой хранение совсем снял, ибо это все равно формальное, они нe будут заниматься хранением в связи с работой в пригородах.

Тамару назначу отв. хранителем филиала хранилища в АДМ, куда сейчас свозим найденные предметы. Списки на вызов уже пошли, скоро должна приехать. Руководство всеми хранилищами остается непосредственно за мной как директором, главным хранителем и начальником Музейного отдела. Очень удобно, что у меня двойные функции, таким образом весь штат подчинен мне непосредственно. Конечно, трудновато приходится, но ничего нe поделаешь. Все время в бегах… Сейчас приехали сюда москвичи — руководство из Комитета, архитекторы, академик Щусев, И.Э. Грабарь, ездим по пригородам. Общее мнение, записанное в проекты правительственных постановлении, — восстановить всю отделку Павловского дворца, ЕДМ и Петергофских Петровских дворцов в прежнем виде. В первом письме я писал о проекте использования дворцов, пока остается в силе прежнее распределение. Сколько интересных проектов, сколько мнений… Сейчас самый интересный, созидательный период в истории наших музеев, как я доволен, что принимаю в нем непосредственное участие. Ради  этого можно пережить все трудности <...> Пока до свидания, крепко-крепко вас обоих целую тысячу раз. Любящий Папа."
 

21 мая

Из письма А. Кучумова жене:… Должен сказать прямо, рассчитывать на скорое возвращение всех и всего не приходится. Это будет, видимо, не раньше 1946 года. тов. Федорова — зам. председателя Исполкома на приеме тоже сказала спешить некуда, когда я делал ей доклад о ходе упаковочных работ. Очень большая работа предстоит по оборудованию АДМ, который может принять все вещи, а по плану подготовка помещеиия рассчитана на 1945 г. С другой стороны, очень хорошо, что я остаюсь здесь, так как смогу все приготовить и для Вас. Сейчас начал приводить в порядок нашу квартиру (В Белой башне), очищаю от мусора, на днях навешу вновь двери и буду делать перегородки. За лето думаю даже окрасить все… В

 

26 Мая

Доктор Нерлинг, руководитель Главной рабочей группы "Остланд" Оперативного штаба "Рейхс-ляйтер Розенберг", сообщил о вывозе 13 мая 1944 года из Риги в город Лерберг у Ансбаха (Бавария) культурных ценностей из Павловска.

27 мая

Из дневника Владимира Кузьмича Макарова: "Грабарь (живописец, искусствовед) привез распоряжение Сталина: "Восстанавливать дворцы". Даны деньги (22 млн.)..."

28 Мая

На пушкинских полях саперы устроили настоящий фейерверк — проводится массовый подрыв неразорвавшихся, боеприпасов. Из книги начальника отделения заграждений штаба 2-й отдельной моторизованной инженерной бригады майора в отставке С.А. Егорова "Ради мирного труда": "В Пушкине минные поля противника тянулись по Октябрьскому бульвару, по Ново-Деревенской улице, вдоль шоссе Пушкин — Московская Славянка и Пушкин — Путролово.

Улицы Коммунаров, Революции, Московская были заминированы по всей ширине. На углу улицы Жуковского и Советского бульвара минеры обезвредили до 100 мин, установленных в два яруса на неизвлекаемость. Это были особо опасные взрывные устройства. Мины-"сюрпризы" со взрывателями натяжного действия были разбросаны в отдельных зданиях, баррикадах и проволочных препятствиях… До наступления весны в Пушкине было снято свыше 4 800 мин, из них 78 "сюрпризов"; в мае при сплошном разминировании минеры извлекли еще более 4 000 мин" (о масштабности заминирования Пушкина: в 50-х годах только при очистке местных водоемов было извлечено и обезврежено около 30 тысяч боеприпасов).

Май

102-й авиаполк дальнего действия в середине мая перебазирован из Пушкина в Воротынск под Калугой.

Починена крыша Лицея. Одним из первых отремонтированных в городе помещений стала комната на четвертом этаже Лицея, на месте бывшей кельи Александра Сергеевича Пушкина.

Из акта Ленинградской городской чрезвычайной комиссии о злодеяниях немец¬ко-фашистских захватчиков в Ленинграде и его пригородах: "29 месяцев немецко-фашистской оккупации города Пушкин (Царское Село) были сплошным надругательством над человеческим достоинством советских людей. Это было время полного бесправия и насилия, разорения и голода. Ни в чем не повинных людей немцы расстреливали и вешали. В наиболее оживленных пунктах (угол Октябрьской площади и Советского бульвара, Московская улица и улица 1 Мая) были устроены виселицы, на них по многу дней висели трупы советских граждан с надписями на груди: "За саботаж", "За партизанство" и т.д.

Гитлеровцы систематически истребляли советских граждан. Без всякого повода, только за то, что они русские люди, повешены инженер Капустин, кладовщик Иванов, учитель Королев и другие. Директор Всесоюзного института растениеводства Ватган, идя с женой по улице, не остановился на окрик немецкого офицера. За это их расстреляли. Гражданка Бокова была свидетельницей кровавой расправы над 12-летним мальчиком. Гитлеровцы повесили его на шпагате за волосы, и стоя неподалеку, с часами в руках, проверяли, сколько времени он промучается. В сентябре 1941 года немцы убили 50 детей, в октябре в Баболовском парке расстреляно 400 граждан, в феврале 1942 года сожгли 200 жителей города.

Ряд районов города гитлеровцы объявили "запретной зоной" и расстреливали каждого, кто там появлялся. Матери, спасая от смерти голодных детей, вынуждены были пробираться через "запретную зону" в ближайшие села и деревни за продовольствием. Их ловили и расстреливали. Свидетельница Тараканова зарегистрировала (будучи паспортисткой) 123 случая гибели мирных граждан, застреленных при проходе через "запретную зону". Всего в городе Пушкине расстреляно, замучено и погибло от артобстрелов и авиабомбардировок 18 368 человек, угнано в Германию 17 968 человек".

Из акта №1 о злодеяниях немецко-фашистских захватчиков и их сообщников в городе Павловске: “За время оккупации города Павловска немецкими варварами из оставшихся в городе 15-ти тысяч мирных граждан различными путями уничтожено свыше 6742 человек. Из которых с помощью расстрела и пыток — свыше 227 человек, путем повешения — 6-ть человек, путем умерщвления голодной смертью детей в так называемом “Детском доме” — 387 человек, путем умерщвления в результате организованного в городе голода — около 6-ти тысяч человек и угнано на немецкую каторгу свыше 6200 человек, из которых погибло около 3500 человек. Следовательно, всего погибло от рук фашистских палачей свыше 10242 человек мирных жителей города Павловска, не считая людей, находящихся на немецкой каторге, о судьбе которых Комиссии пока что ничего неизвестно, и кроме этого, немецкие палачи уничтожили в лагере для военнопленных свыше 1000 советских бойцов, командиров и заключенных в эти лагеря мирных граждан окружающих сел и деревень”.

Июнь

6 июня

Из письма А. Кучумова жене от 8 июня 1944 года: <...> 6-го все наши музейщики провели в Пушкине — отметили в своем узком товарищеском кругу этот славный день (день рождения А.С. Пушкина-прим. ред.сайта). Был даже начальник Управления Борис Иванович Загурский и его заместитель П.И.  Рачинский. Состоялась замечательная прогулка по всем Пушкинским местам парка. Описать все это трудно, нужно пережить… Зелень парка, луга, как никогда залитые полевыми цветами (счастье, что топтать пока некому), трава по пояс… трели соловья… прекрасная погода и тысячи самых лучших и счастливых воспоминаний из прошлых лет… Вечером у Жени (в быв. квартире Смирнова) состоялся товарищеский банкет с обильным возлиянием Бахусу. Женя постаралась, не знаю, откуда взялось обилие «елея» и закусок самых разнообразных. Сколько было тостов за всех музейщиков в целом и по отдельности. Начальство было поражено огромными работами, которые провели за зто время, организованностью работы и вселх остальным… Ночь всю гуляли вокруг озера… Была волшебная лунная теплая белая ночь. Разъехались все удовлетворенные, даже Серафима Николаевна Балаева забы¬ла свою шляпу и вещи… Был, конечно, и Ник. Ник. Белехов… Представителей Пушкинского Дома нe было, так как официальное торжество будет 10 июня, когда будет организован общегородской митинг. Придется ехать ей раз. Очень было трогательно, что в яме, где видна отрытая нами голова любимого лицеиста, рано утром уже были возложены цветы неизвестныл патриотом-пушкинистом. На память об зтолх дне мы все сохраним по кусочку розового гранита от пьедестала памятника, так как одна плита цоколя разбита подрывной шашкой бандитов-немцев на мелкие осколки.

Откопали «Девушку с урной»; долго искали, нашли с большим трудом, перенесли ее в Лицей… в комнату Пушкина (которая отремонтирована) и посадили на скромный пьедестал. Оставлять в парке открытой очень опасно, могут если не украсть, то поломать. Из гранитной глыбы, как и прежде, течет вода но… не из кувшина, а из трубы. Но о парке в следующем письме, которое постараюсь написать завтра же <...>"
 

11 июня

В городе состоялся радиомитинг, посвященный 145-Й годовщине со дня рождения А. С. Пушкина. Он происходил в доме культуры, бывшей городской ратуше. Речи то и дело оглушались взрывами — саперы подрывали мины, которых в городе И парках оставалось немало. Первое слово на митинге получила актриса В. А. Мичурина-Самойлова, едва сдерживавшая слезы, она говорила о городе как о любимом человеке, с которым была в долгой разлуке. В тот день в старой ратуше звучал и стихи Аины Ахматовой, Ольги Берггольц, Веры Инбер… Вспоминает В.А.Мануйлов: «Большой зал был  полон, в открытые окна врывался запах свежей зелени, ветер шелестел листвой. На торжественном собрании выступала и Анна Ахматова. Анна Андреевна прочла всем известные стихи о Пушкине-лицеисте:

Смуглый отрок бродил по аллеям,
У озерных грустил берегов,
И столетие мы лелеем
Еле слышный шелест шагов.
Иглы сосен густо и колко
Устилают низкие пни...
Здесь лежала его треуголка
И растрепанный том Парни.

Голос Ахматовой в тот день звучал еще совсем молодо, и это стихотворение как-то особенно взволновало всех. Сколько всего было пережито! И Пушкина, и вещее его слово мы пронесли через испытания военных лет, как что-то родное и близкое каждому из нас». После митинга в Лицее в комнате Пушкина Анна Ахматова и Александр Прокофьев читали свои стихи.

Первые жертвы после оккупационного времени: за городом подорвались три подростка со смертельными исходами.

17 июня

А. Кучумов А. Зеленовой в письме: Теперь сами кварталы города выгоревшие, где были деревянные дома, начинают напоминать английский парк, так как сохранилось очень много зелени в бывших садиках при домах. Вы уже не увидите той страшной картины разгрома, которую я застал в апреле, когда еще был снег. Руины каменных зданий останутся на первые годы, но это уже не то, когда кругом все расчищено и убрано. В дополнение к этому письму в следующий раз опишу вам Екатерининский парк, чтобы у Вас было полное представление о нашем любимом городе. А пока желаю вам всего наилучшего. С товарищеским приветом ваш А. Кучумов.
P. S. Вернулись И. Зиатдинова и Липилина (сотрудницы ЕДМ), страшно изменились, оборваны, тяжело даже видеть. Работают в ЕДМ на пожарищах, раскапывают и ищут фрагменты отделки и разбирают свалки на тот же предмет. Плачут при каждой встрече со мной. Конечно, обрадовались, как родному.

20 июня

А. Кучумов в письме: Разработал проект организации Центрального хранилища после реэвакуации в Александровском дворце, выступал с докладом на Музеином совете. Одобрен всеми едииогласно… От Фармаковского, Макарова, Кверфельдта и Доброклонского получил письменные заключения. Теперь пошлю в Ленсовет на утверждение. Будем готовиться к приему вещей от вас и Мишина, но зто видимо произойдет не раньше осени 1945 или весны 1946 г. так как требуется проведение больших подготовительных работ по ремонту здания и его оборудованию согласно требованиям хранения. Предусматриваем и отопление, и вентиляцию, и специальное оборудование для хранения вещей в распакованном виде, так как все вещи попадут па определенные места в «свою стихию» не раньше чем лет через 8-10; раньше не удастся восстановить основные объекты. Недавно здесь была Московская комиссия в составе председателя Комитета по делам архитектуры академика Мордвинова, академика архитектуры Щусева, И. Э. Грабаря и др. Было проведено несколько совещаний у главного архитектора Ленинграда тов. Баранова, где обсуждались вопросы реставрации пригородов. На всех этих совещаниях был и я. Очень интересные дискуссии развернулись там. Решено восстановить внешнюю архитектуру всех памятников, а внутреннюю архитектуру только ансамблей XVIII века с предельным приближением к оригиналу. Профиль каждого музея, конечно, меняется, так как быт утрачен, будут существовать художественные музеи определенного периода, созданные на основе лучших вещей всего фонда. Единственные музеи, которые могут быть прежними по отделке и убранству, а следовательно, и профилю — Монплезир и Павловский дворец, последний, несмотря нa пожар, восстановим легче других. Материалы к полному созданию комплекса есть, сохранено много (даже кровать Жакоба и кресла). На этой неделе Музейный совет, на котором будем обсуждать проект восстановления ансамбля Павловского дворца. С Гатчиной пока вопрос не ясен, но по всей видимости, музея не будет, есть проект устройства военного музея, но то уже новое, с новыми материалами, да и то видимо останется в проекте… Ряд зданий предполагается использовать для культурных целей, в том числе и Гатчину. При том и другом проекте основная часть предметов будет передана Павловску, как однородная по эпохе и стилевым особенностям. Я лично за восстановление Главного корпуса, но нe знаю, удастся ли доказать возможность и необходимость этого… Одним словом, проектов много, аппетиты разгорелись у многих на здания, поэтому, видимо, придется некоторые отвоевывать с большим трудом, а некоторыми и пожертвовать ради сохранения других… В ближайшее время уже будут определенные решения в зтой области… Мы тоже готовимся к ним… Несколько слов о себе. Жив и здоров, как видишь, правда, немного похудел, забегался, но не избегался. О питании не беспокойся, получаю рабочую карточку I категории (600 гр. хлеба) и литерное снабжение сухим пайком (мясо — 2200, сахар -1000, масло — 1000, крупа — 2000, печенье — 1000, папиросы — 500, чай — 50, мыло — 2 куска, вино — 1,5 л, кроме того картофель и овощи). На этот месяц вместо обеда получил карточку на сухой паек <...>"


23 июня

А. Кучумов жене в письме от 23 июня 1944 года: Бываю в Пушкине примерно раз в неделю. Если бы ты знала, как там хорошо… Город ожил, море зелени, пепелища заросли травой и теперь некоторые кварталы превратились в сплошные сады. А наши парки! Ведь они все такие же прекрасные, манящие к отдыху и мечтам… Екатерининский парк сохранился хорошо… (описание парка из письма по ссылке).

Июль

6 июля

Предметы искусства, принятые по списку от главной рабочей группы “Рига”, из Хиршберга переданы в Кольмберг. В списке 393 произведения живописи, графики и др. Часть этих произведений в этом списке принадлежит музеям Пушкина и Павловска.

 

Июль

группой жителей Пушкина образована инициативная группа и направлено ходатайство митрополиту Алексию (Симанскому) с просьбой посодействовать открытию Знаменской церкви.

 

Август

Состоялся традиционный легкоатлетический пробег Пушкин — Ленинград, проведение которого было прервано войной. В пробеге участвовал 21 спортсмен.

 

Сентябрь

В Царской Славянке по просьбе местных жителей верующим возвращена церковь святой великомученицы Екатерины.

3 сентября

В газетах опубликовано сообщение Чрезвычайной Государственной комиссии “О разрушениях памятников искусства и архитектуры в городах Петродворец, Пушкин и Павловск”.

30 сентября

Из письма управляющего Пушкинскими лабораториями ВИР Яна Яновича Вирса заведующему метеостанцией Василию Калистратовичу Омельченко: “…Я уже в Пушкине с апреля месяца. Начинаем восстанавливать то, что разрушено фашистами. Метеостанция также разрушена. Очень рад, что Вы живы и жду Вашего приезда для продолжения Вашей долголетней работы здесь… 30.IX.44. Вирс, Я. Я.”.

 

Октябрь

1 октября

К 1 октября 1944 года восстановили 10 тысяч квадратных метров жилья.

5 октября

командиру взвода 131-го гвардейского стрелкового полка гвардии младшему лейтенанту Александру Ивановичу Волкову закрывшему 15 января 1944 года своим телом амбразуру вражеского пулеметного дзота в бою в районе Рехколово посмертно присвоено звание Героя Советского Союза.

6 октября

6 октября 1944 года вновь стала выходить районная газета «Большевистское слово».

Осень 1944 года

Из эвакуации прибыли музейные коллекции.

К людям, оказавшимся в оккупированном Пушкине и эвакуированным позже немцами из него на запад, советские власти отнеслись с большим подозрением. Этим людям пришлось привыкать жить долгие годы с ощущением собственной вины, хотя никаких преступлений, кроме жизни «под оккупантом», за ними не числилось: Горечь обид

 

15 декабря

В газете “Известия” напечатан доклад Комиссии о разрушениях в Павловске, Петродворце и в Пушкине. Семья Рерихов, получив в Индии через ТАСС пачку “Известий”, узнала о разрушениях в Пушкине и Павловске и Петродворце. Николай Константинович пишет: “Как уничтожено и искалечено всё сокровище русское! Можно ли зачинить все вандализмы? Ведь даже лучшая реставрация не передаст красоту оригинала. И где всё увезённое? И как вернуть? Как возместить? И всюду там мы ходили, любовались, а теперь там мрачные развалины. Вот прогресс человеческий. Вот культурные ассоциации и должны неутомимо твердить об истинных сокровищах, о нерушимом достоянии народном. Через все трудности несите Свет Культуры”.

 
1945>

Рейтинг: 0 Голосов: 0 10577 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!