Навигатор по сайту Туристу Энциклопедия Царского Cела Клубы Форумы Доска объявлений


Авторизация
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?

Московская 1 (у). Усадьба Кочубей (утрачено)

 

 

Кочубей Василий Павлович, (князь; 1812—1850) — нумизмат, сын князя В. П. Кочубея, владельца Запасного дворца. Был помощником попечителя Санкт-Петербургского учебного округа. Уже с десятилетнего возраста Кочубей стал собирать монеты, сначала древние, а затем — только греческие и Босфорского царства, и добился того, что его коллекция, по числу и редкости экземпляров стала лучшим частным минцкабинетом в России.

Был женат с 1847 года на вдове Э. Белосельско-Белозерского, княгине Елене Павловне Белосельской-Белозерской, урожденной Бибиковой (1812—1888), падчерице А.Х.Бенкендорфа.

Елена Павловна Кочубей -  статс-дама двора императрицы Марии Фёдоровны, в 1883—1884 годах гофмейстерина Высочайшего двора Российской империи, в 1885—1887 — обергофмейстерина. Согласно мемуарам, в начале царствования Александра III доминировала в придворной жизни.

 

Напротив Царскосельского духовного училища, на углу Дворцовой и Московской улиц,  в 1858 г. размещались обширная усадьба  Елены Кочубей, пансион А. Гартман, дом О А. Рюминой с садом.

 

На Московскую улицу выходил один из домов — двухэтажный деревянный, на каменном подвале, возведенный на месте № 96.

В 1851 году проект дома Е. П. Кочубей в Царском Селе создает ни кто нибудь, а сам А.И. Штакеншнейдер. Спроектированный им особняк имеет удобны закрытые веранды, а в центре фасада — широкие окна, пропускающие много света. Служебный флигель выделен строгим фронтоном.

В "Справочной книжке дач, сдаваемых на лето в наем в Царском Селе" в 1888 году усадьба описана так:

"По Московской улице, № 2, вдовы ст. советника Е. Кочубей.

1-я кварт.: деревянный домъ съ мезониномъ, 19 комнатъ съ мебелью, кухня, людская, 2 кладовыя, ледникъ, каретный сарай, конюшня на 8 стойлъ, садъ и водопроводъ, по условию.
2-я кварт.: деревянный домъ во дворе, 7 комнатъ съ мебелью, 2 людскiя, кухня, каретный сарай и конюшня, ледникъ и садъ, по условию.
3-я кварт.: деревянный домъ, 7 комнатъ съ мебелью, людская, кухня, каретный сарай, конюшня, ледникъ и садъ, по условию.

Как видно из описания, в усадьбу входило как минимум 3 деревянных дома, один из них значительный по размерам- 19 комнат, несколько конюшен (одна из которых на 8 стойл!), каретных сараев и обширный сад. В Атласе Цылова в 1858 году, однако, на этом месте отмечено только 1 здание - 2-х этажный деревянный дом на каменном подвале и перед ним - сад.

Пока нами достоверно не установлено, когда именно Елена Павловна стала владелицей усадьбы, но с большой долей вероятности можно предположить, что в 1827 году и купила она ее у Чихачева Петра Алексеевича, сына  Чихачева А.П. - директора города Гатчины и дворцового управления. После его ухода в отставку в 1820 году, семья переселилась в Царское Село, где был куплен дом вблизи Лицея. 18 ноября 1827 года он умер. Его дети - братья Чихачевы продали принадлежавшие Чихачевым имения в Тамбовской и Саратовской губерниях, а также дом в Царском Селе и переехали в Петербург. Для обоих братьев начался самостоятельный период жизни. Чихачевы Александр Петрович (…-1827) и его жена  Анна Федоровна (…-1827) похоронены на Казанском кладбище Царского Села.

Напротив этого участка, через Дворцовую улицу, начинается т.н. Фермская дорога, на которой некогда стояли ворота, названные Вильчковским в своем описании Царского Села - Чихачевскими.: "Чихачевские ворота, которыми заканчивается Фермская дорога выходят на Кузьминскую улицу, составляющую продолжение Дворцовой. Налево от ворот, в Кузьминскую улицу упирается, украшенная кленовым бульваром, Московская улица, по которой до 1808 года шел вал, отделявший дворцовую слободу от полей."

Версия требует дополнительного документального подтверждения. 

 

Усадьба так же связана с именем Анны Ахматовой:

 

В одном из зданий усадьбы после революции располагался пансион Зайцева - его адрес тогда был Московская 1. Его упоминает в своих воспоминаниях Анна Ахматова: «Пансионат Зайцева (против Епархиального училища) с Мандельштамами. Все время больна — туберкулез».

фотография дома, в котором располагался пансионат, 1920-1930-е

В 1925 году я жила с Мандельштамом в одном коридоре в пансионе Зайцева в Царском Селе. И Надя, и я были тяжело больны, лежали, мерили температуру, которая была неизменно повышенной, и, кажется, так и не гуляли ни разу в парке, который был рядом. О. Э. каждый день уезжал в Ленинград, пытаясь наладить работу, получить за что-то деньги. Там он "прочел мне совершенно по секрету стихи к О. Ваксель, которые я запомнила и также по секрету записала ("Хочешь валенки сниму"). Там он диктовал П. Н. свои воспоминания о Гумилеве..."

Воспоминания Н.Я.Мандельштам: «Приехал Пунин, искавший куда бы пристроить Ахматову, — у нее началось обострение туберкулеза. <...> Он обрадовался, встретив нас, и обещал на следующий день привезти Ахматову. Мандельштам не поверил — она не приедет. <... > А в Царское Ахматова все-таки приехала, и ее приезд таинственным образом снял наши раздоры. <...> Настоящая дружба началась у нас с Ахматовой на террасе пансиончика, где мы лежали закутанные в меховые полушубки, дыша целебным Царскосельским воздухом. <...> Мы с Ахматовой непрерывно мерили температуру и радостно ждали смерти».

Запись Анны Ахматовой: «Царское Село, Московская, 1. Сегодня ровно неделя, как я живу в Царском. Была днем в Павловском парке с К.М.»

Из дневника П. Лукницкого: «Поехал в Царское Село. Когда в 12 1/2 пришел в пансион, А.А. и Н.Я. были на веранде — лежали в chaises longues <шезлонгах> на солнце. <...> Здоровье А.А. лучше немного. <...> К вечеру слабость очень сильна. Ей трудно поднять голову с подушки.. .».

«Разговор по телефону с Н. Н. Пуниным. Он был в Царском вчера и был сегодня. <...> А.А. вставала, даже в церкви была».

Письмо Анны Ахматовой — А. Е. Аренс — Пуниной (из Детского Села) (26 апреля 1925 г.): «Дорогая Анна Евгеньевна, не знаю, как мне благодарить Вас за лекарства, которые Вы мне дали. С тех пор, как я их начала принимать, боль прекратилась, и я чувствую себя совсем хорошо: гуляю, все ем и очень повеселела. Разрешите мне вернуться в город, очень денежек жалко — здесь так дорого. Целую Вас и благодарю за Вашу бесконечную доброту и внимание. Ваша Ахматова. Целую Иру».

«Вчера А. А. ходила в санаторию лечиться кварцем. <...> Результат- сегодня у А.А. сильная (неврологическая?) боль. <...> о себе она совершенно не заботится, а в ответ на упреки беспечно шутит... За эти дни - у А.А. был Ф. Сологуб, был Рыбаков. <„> Мандельштамы вчера переехали в Петербург, так что теперь А.А. в Ц. С. уже совсем одна, <...>Вчера или позавчера А. А. часа 2 каталась с Пуниным на извозчике, видели все дома, на которые она хотела взглянуть».

Н. Пунин: «Бываю почти ежедневно у Ан. в Царском».

Письмо П. Н. Лукницкого — Л. В. Горнушу (27 апреля 1925 г.): «Анна Андреевна лежит в пансионе в Царском> Селе>. Здоровье ее плохо. Сильные боли от распухших подлегочных желез. <...>Температура все время повышенная. <...> Анне Андреевне совершенно необходимо ехать на юг, но удастся ли?».

Из дневника П. Лукницкого: «1 час дня — я постучал в дверь к Анне Андреевне. Вероятно, до того, как АА здесь поселилась, душа этой комнаты совершенно походила на душу своей соседки. Но с той самой минуты, как АА впервые переступила порог этой комнаты, с той минуты что-то совсем неуловимое в этой комнате переменилось... Что-то в ней стало характерным для Анны Андреевны. Было ли это особое, по-новому, расположение мебели, были ли это большие, шитые черным шелком ширмы — так странно, но удачно дисгармонирующие с белизной стен и света, поющие о том, о чем может петь большой католический черный крест на груди женщины, в платье которой нет другого цвета, кроме ослепительно-белого. Или, может быть, это была тень, которую уронила на кровать, на столик у кровати и на целую треть комнаты большая, из грубой серой холстины занавесь, безропотно повисшая на 3-см, последнем окне этой комнаты...

Не знаю, что это было, не знаю, в чем было это характерное... Я даже думаю, что, может быть, все эти вещи были в этой комнате и были расположены именно так, как сейчас, еще до приезда АА и что АА ничего не тронула, ничего не изменила в день своего приезда. Но это нисколько не меняет дела. Это значит только, что судьба АА была поселиться именно в этой комнате, в этой, а не в какой-либо другой. Ведь не потому, что АА так хотела, не потому, что в этом могла быть ее воля, — все комнаты квартир, в которых она до сих пор жила, все, как родные сестры, были одной и той же крови, все были затеряны в длинных, темных коридорах, в узких и крутых лестницах и переходах, все дышало той же тихой (потому что бывает и звонкая) тишиной, все в своих ветхих стенах таило легенды об императоре Павле, о княжне Таракановой и катакомбах христианских мучеников - ибо есть какое-то неуловимое, как подводное течение, сродство между тем и другим...  

АА в белой фуфайке, одетая, лежала на постели; серый плед взволнованно застыл на ее ногах.»

«.В 3 часа - за час до положенного по расписанию обеда - АА предложила мне пойти со мной на Малую улицу, показать мне дом Гумилевых. В ответ на мое беспокойство — не слишком ли она утомлена для такой прогулки, не будет ли ей такая прогулка вредна, АА уверила меня, что ей даже следует немного гулять и что это будет только полезно. <...>. Надели шубы, вышли. Солнце ясное, милое... Воздух чистый... Но снег еще не весь растаял, и грязи, и грязных луж местами не обойти. Идем — неторопливо. <...>

В начале 5-го - обед: Надежда Яковлевна вошла к АА и приглашает нас обедать к себе. Идем к Мандельштамам. Садимся: АА на диване, Надежда Яковлевна - с противоположной стороны стола, я — спиной к окнам, а О.Э. — против меня. Обед вкусный, даже сервировка приличная, не "пансионская**... Суп с клецками, жареная курица и крем на сладкое. За столом сидели почти 2 часа»."
 

В настоящее время в саду несохранившегося дома находится памятник-мемориал «Жертвам геноцида» работы скульптора Сидура.

 

Источники:

  • Цылов Н. И. Атлас города Царского Села. СПб., 1858
  • Справочная книжка, содержащая в себе список дач, отдающихся на лето, и необходимые сведения по царскосельской железной дороге и по Царскому Селу, - Спб, 1888
  • Вильчковский С.Н. Царское Село. Репринтное воспроизведение издании 1911 г. СПб., 1992. 
  • Семенова Г.В. Царское Село:знакомое и незнакомое. .-М.ЦентрПолиграф, 2009.- 638, (2) с.
  • Епаринова Е. Штакеншнейдер. Сборник Архитекторы Царского Села. От Растрелли до Данини / Альбом, под ред. И. Ботт. - СПб. : Аврора, 2010. - 303 с.
  • Ахматова А. Листки из дневника. Воспоминания об О.Э.Мандельштаме
  • «Мои первый воспоминания - Царскосельские...». Анна Ахматова в Царском Селе. Сост. Е.В. Абарова. Серия «Прогулки по городу Пушкину». СПб.: Серебряный век, 2008. 

 

Рейтинг: +1 Голосов: 1 4158 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!