Навигатор по сайту Туристу Энциклопедия Царского Cела Клубы Форумы Доска объявлений


Авторизация
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?

«Велика будет Ваша награда...»

Среди немногочисленных друзей Царицы-Мученицы Александры Федоровны история знает некую Лили Ден. Была она последней русской Императрице не фрейлиной, не приближенной особой, а просто подругой, даже не имевшей при Дворе никакой должности. Но самое главное – она была одной из немногих, кто в тяжелое для Царской Семьи и позорное для России время сохранил верность и преданность Государю и Государыне.

 

Кем же была эта женщина?

Лили – нежное прозвище, данное Императрицей Юлии Александровне Ден. Она родилась в 1885 году и принадлежала по материнской линии к известному дворянскому роду Хорватов. Ее прапрадед Иван Хорват-Куртиц, согласно рескрипту Государыни Императрицы Елизаветы Петровны 1751 года, прибыл в Россию вместе с 218 своими соотечественниками-сербами и основал первое военно-земледельческое поселение в Новороссии. Эти земли в междуречье притока Южного Буга реки Синюхи и Днепра получили название Новой Сербии, а основателю поселений присвоили звание генерал-лейтенанта русской службы. Число поселенцев быстро росло. Вскоре были созданы четыре поселенческих полка из сербов, греков и болгар. В 1754 году Иван Хорват заложил на реке Ингул крепость – будущий город Елисаветград.

Однако в 1762 году появились сведения о злоупотреблениях со стороны генерала Хорвата при ведении дел по управлению колонией. Было назначено следствие, которое завершилось лишением его всех чинов и званий и ссылкой в Вологду, где в 1780 году Иван Хорват и умер. Родовые имения были возвращены Хорватам только после заступничества спасителя России, героя Отечественной войны Светлейшего князя М.И. Голенищева-Кутузова. Именно в этих местах, в имении Ревовка, недалеко от Чигирина и Кременчуга, прошло детство Лили Ден.

В результате женитьбы деда Лили Ден Леонида Николаевича на правнучке Кутузова баронессе Марии Карловне Пилар фон Пильхау Хорваты породнились с влиятельными аристократическими семействами России: Голенищевыми-Кутузовыми, Кудашевыми, Пилар фон Пильхау, Тизенгаузенами, Коцебу. Не удивительно, что родственники Лили Ден давно были близки к Высочайшему Двору. Решающее значение имело, несомненно, родство с Кутузовым.

Мать Лили Ден Екатерина Леонидовна была родной сестрой управляющего Китайско-Восточной железной дорогой генерал-лейтенанта Д.Л. Хорвата. Отец, Александр-Фридрих Адамович Смульский, происходил из потомственных дворян Гродненской губернии, служил Главным инженер-строителем Севастопольского порта. Он оставил заметный след в отечественной культуре: был автором проектов здания музея Севастопольской обороны и здания панорамы, за что Государь пожаловал ему в 1902 году орден Св. Владимира 4-й степени. Кроме того, на свои личные средства Смульский установил в Севастополе памятник герою обороны матросу Шевченко. В 1913 году, будучи уже в Петербурге, отец Ю.А. Ден был произведен в генерал-лейтенанты и по его собственному ходатайству уволен от службы.

В 1907 году Юлия Александровна вышла замуж за Карла Иоакимовича фон Дена, в ту пору старшего лейтенанта Гвардейского Экипажа. 27 июля 1908 года у них родился сын Александр, крестник Государыни Императрицы Александры Федоровны.

О муже Лили Ден стоит сказать подробнее. Карл Ден родился в 1877 году в эстляндском городе Ревеле в дворянской лютеранской семье. По окончании Морского кадетского корпуса в 1897 году он был произведен в мичманы и назначен на суда Эскадры Тихого океана, участвовал в подавлении восстания ихэтуаней. В 1905 году, будучи командиром миноносца «Щука», лейтенант Ден принимал участие в русско-японской войне. В конце года он был переведен в элитный Гвардейский Экипаж, в составе которого проходил службу на Императорских яхтах «Царевна» и «Александрия». В 1913 году, уже в звании капитана 2 ранга, К.И. Ден был назначен командиром эскадренного миноносца «Войсковой». Но более всего Карл Ден известен как последний командир легендарного «Варяга», выкупленного Россией в феврале-марте 1916 года у Японии. Незадолго до начала февральской революции Ден в звании капитана 1-го ранга отбыл в Англию в составе нашей делегации.

Что же касается Юлии Александровны Ден, то она, оставив восьмилетнего сына на попечение отца и прислуги, осталась с Государыней в Царском Селе. Осталась в те тяжелые для Императорской Семьи дни конца февраля – начала марта 1917 года, когда Государь отправился в Ставку и там был принужден принять отречение от Престола, а Императрице было о нем ничего не известно...

21 марта по приказу Керенского Лили Ден была арестована вместе с Анной Вырубовой. Двое суток она провела в заключении в одной из комнат Министерства юстиции, а затем была отпущена домой под подписку о невыезде.

Летом 1917 года Юлия Александровна установила контакт с монархической организацией Н.Е. Маркова, которая занималась подготовкой освобождения Царственных Узников. Однако их деятельность не принесла результата. После высылки Царской Семьи в Тобольск Лили Ден уехала в свое имение Белецковку под Кременчугом, где жили ее бабушка и мать. Она предполагала оставить сына на их попечение и следовать в Тобольск, однако после большевистского переворота юг России оказался отрезан от центра, и вместо Сибири Лили Ден была вынуждена бежать в Одессу. Оттуда еще дальше – в Константинополь. Наконец в 1920 году она добралась до Англии, где после трех лет разлуки встретилась с мужем. Там, в Англии, в 1922 году Юлия Александровна Ден написала и издала свои воспоминания.

Сведения об эмигрантском периоде жизни Лили Ден, к сожалению, скудны и отрывочны. В Англии семейство Денов увеличилось – у них родилась дочь Мария. Видимо, в конце 20-х или в начале 30-х годов Дены перебрались в Польшу, где скончался глава семьи Карл Иоакимович. В годы второй мировой войны Ю.А. Ден с детьми находилась, по всей вероятности, где-то в Европе, а сразу по окончании войны Дены перебрались в Южную Америку. После войны многие русские эмигранты, опасаясь попасть в советскую зону оккупации, а потом и в лагерь, бежали в Америку. Как рассказывал племянник фрейлины Государыни М.С. Хитрово Николай Александрович Хитрово, в 1945 году проще всего было получить венесуэльскую въездную визу. Видимо, именно таким путем оказались в Венесуэле и Дены. По сообщению дочери Ю.А. Ден, ее брат (крестник Царицы-Мученицы) Александр Карлович владел в Каракасе (столице Венесуэлы) компанией пишущих машинок «Ремингтон». Он скончался в 1980 году, оставив детей и внуков.

Вероятнее всего, вместе с сыном жила и сама Лили Ден. Во всяком случае известно, что именно из Каракаса в 50-е годы Ю.А. Ден по меньшей мере дважды приезжала в Германию. Первый раз – в 1955 году, когда она в суде города Гамбурга под присягой сделала заявление о том, что в английских банках действительно хранились деньги, принадлежавшие Царской Семье. Второй раз – в 1957 году, для встречи с Анной Андерсон. В течение недели она беседовала с гениальной самозванкой, после чего 5 ноября 1957 года 72-летняя Ю.А. Ден под присягой сделала в гамбургском суде заявление, что Анна Андерсон и есть Великая княжна Анастасия Николаевна. По словам Ден, Андерсон сообщила ей такие детали, которые не могли быть известны постороннему человеку.

Стоит напомнить, что в начале 20-х годов, как только самозванка объявилась в Берлине, с нею встречались сестра Государя Великая княгиня Ольга Александровна, сестра Государыни принцесса Ирена Прусская, фрейлина Государыни баронесса Софья Буксгевден, наставник Царских Детей Пьер Жильяр. Все они не признали в ней Анастасию. Когда в 50-е годы была поднята новая волна ажиотажа вокруг Андерсон, с нею встречался бывший учитель Августейших Детей Гиббс, в то время уже архимандрит Николай. После встречи он заявил, что на Августейшую Мученицу Анастасию Николаевну эта особа была похожа, как он на китайца. Юлию Александровну Ден, видимо, подвел ее преклонный возраст.

Скончалась Юлия Александровна Ден в 1963 году в Риме в возрасте 78 лет.

...Отдавая должное подвигу Юлии Александровны, тем не менее нельзя не отметить, что она была типичным представителем аристократии своего времени – по рационалистическому складу ума и удивительной (страшной!) теплохладности в вере. К началу нынешнего столетия «цвет» русского общества окончательно выродился в сорняк, в пустоцвет. Продолжая по инерции именовать себя православными, представители светского общества давно утратили понимание и «жизни по Боге», и мистической роли Царя – Помазанника Божия. Большинство из них (даже очень порядочные, благородные в светском отношении люди) являлись либо носителями, либо жертвами новейших апостасийных идей и учений, с помощью которых в конечном итоге погубили и себя, и Царя, и Россию...

Увы, Лили Ден любила – но не понимала свою Царицу. Как не понимала и Православие. По причине ее религиозной индифферентности между ней и Императрицей Александрой Федоровной не могло возникнуть духовной близости (душевная – была). Взять, к примеру, историю с крещением ее сына. Государыня вызвалась быть крестной матерью младенцу, и Ю.А. Ден, нимало сумняшеся, крестила его... в лютеранскую веру, поскольку в той ситуации для нее главным оказалось не спасение души ребенка, а проблемы с наследством. И сколько такта и выдержки проявила Императрица, которую, несомненно, покоробил такой выбор! Только по ее настоянию («Это больше, чем желание, Лили. Это мое повеление») мальчик уже в семилетнем возрасте принял святое Православие.

Удивляет и ее отношение к Распутину. С Григорием Ефимовичем Ю.А. Ден была знакома шесть лет. Она неоднократно встречалась с ним, обращалась за помощью, ездила вместе с ним и А.А. Вырубовой по поручению Государыни в Тобольск на прославление св. Иоанна Тобольского. Распутин излечил от тяжелой болезни ее сына, она знала некоторые предсказания старца о судьбе Царской Семьи, сама же свидетельствовала, что никогда не видела от Распутина ничего дурного и, больше того, знала многих дам высшего общества, которых он вытащил из грязи блуда... И тем не менее, идя на поводу общественного мнения, Ю.А. Ден объясняет свое неведение в области «темной» стороны жизни Распутина «двойственностью его натуры».

Непозволительно иронично отзывалась Ден и о Верхотурском старце Макарии – на том лишь основании, что отшельник не знал, что такое постель, разводил кур (чтобы снабжать яйцами братию монастыря), а своим гостям, как и себе самому, предложил только хлеб и воду.

Зная эти факты, немудрено понять, почему пала Россия в 1917-м... Если даже лучшие друзья Императора и Императрицы были столь далеки от веры, столь далеко отстояли от Царской Семьи духовно, то что говорить о других, молчаливо предавших Помазанника Божия на русскую Голгофу?!

И тем не менее Юлии Александровне Ден выпало редкое счастье явить свою преданность Императорской Семье, подобно библейскому Авессе, слуге царя Давида... Святые Царственные Страстотерпцы по достоинству оценили этот подвиг. Они вообще искренне любили Юлию Александровну. 26 февраля 1917 года Государь в письме из Ставки советовал Ее Величеству: «Видайся чаще с Лили Ден – это хороший, рассудительный друг». А Государыня, вспоминая о тягостных днях февраля–марта 1917 года, писала ей 2 марта 1918 года из Тобольска: «Никогда не забуду, что Вы сделали для меня, и твердо верю, что Господь Вас не оставит. Вы тогда бросили Вашего сына ради “Матери” (Матушки-Царицы – А.С.) и ее семьи, и за это велика будет Ваша награда».

А. Степанов,

член Петровской Академии наук и искусств.

источник

 

Рейтинг: 0 Голосов: 0 3457 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!