Навигатор по сайту Туристу Энциклопедия Царского Cела Клубы Форумы Доска объявлений


Авторизация
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?

Анциферов Николай Павлович (1889 - 1958)

историк, филолог, краевед, теоретик экскурсоводческого дела. С 1921 чл. общества "Старый Петербург", где также руководил семинариями по изучению Петербурга. В 1914 венчался в лицейской Знаменской церкви.

ТЕОРИЯ «ГРАДОВЕДЕНИЯ», НАПИСАННАЯ В ДЕТСКОМ СЕЛЕ


«… улицы, в которых город
сказывается весь и которые
являются осью его души».
Н. П. Анциферов

В середине 20-х годов прошлого века в Детском (бывшем Царском) Селе им была написана книга, заложившая основы отечественной урбанистики — «Опыт изучения города как социального организма. Опыт комплексного подхода».

Листая ныне пожелтевшие страницы небольшого размера монографии, поражаешься обширной и многогранной деятельности автора. Для нас особенно ценно, что кроме бесконечно любимого им Петербурга, значительное место в ней отводилось Царскому (Детскому) Селу — городу, в котором он жил в 1920-х годах. Первопроходец и первооткрыватель, страстный приверженец «пушкинской темы», Н. П. Анциферов установил местонахождение лицейской «келейки» великого поэта. «Где находились „келейки" Пушкина и Пущина? — писал он.— Они, казалось, бесследно исчезли. Как же найти в этих новых комнатах то окно, из которого смотрел Пушкин на перспективы Царского Села, то окно, перед которым он слагал свои стихи?». И исследователь ищет в архивах старые планы здания, обращается к мемуарам и переписке воспитанников Лицея. Помогал ему в работе В. И. Яковлев. Анциферову удалось установить местонахождение комнаты Пушкина. О своей работе ученый сообщил в докладе на заседании в Пушкинском Доме летом 1928 года. Исследование было одобрено. Материалы по определению местоположения комнаты Пушкина в Лицее должны были войти в сборник «Пушкин и его современники», но публикация не состоялась.

Лишь в 1950 году вышла в свет книга «Пушкин в Царском Селе», в которой автор познакомил читателя с тем, как ему удалось найти в здании Лицея комнату поэта: «В детскосельском городском архиве мною был найден план всех этажей Лицея, но лишь 1832 года. На плане четвертого этажа уже не было перегородок, образовавших келейки. На нем были отмечены лишь упомянутые Пущиным три капитальные стены, прорезанные коридором, образовавшим в них внутренние арки. Как же по этому плану, наиболее близкому к пушкинской эпохе, найти место комнаты № 14?» Прежде всего исследователь ставит задачу установить, и какую сторону выходило окно комнаты Пушкина. Это удалось сделать на основании переписки Двух товарищей Пушкина.

Выпустил книгу «Литературные прогулки по Детскому Селу»; в содружестве со своим учителем Иваном Михайловичем Гревсом создал целую серию трудов по теоретическому и практическому экскурсоведению, основал в Петрограде Экскурсионный институт, а после его закрытия в 1924-1925 годах двухмесячные курсы «семинарии экскурсоводов в Детском Селе».

Последние стали настоящей культурной эпохой в истории города. Они воспитали многих талантливых экскурсоводов и открыли первую страницу в «экскурсионном познании» бывшего Царского Села. Экскурсионная работа в те годы достигла в городе наивысшего расцвета. Как вспоминал ученик и коллега Анциферова Г. А. Штерн «… душой этого творческого коллектива был Николай Павлович. Все его любили, восхищались его экскурсиями, невольно поддавались обаянию его таланта, доброты, приветливости, внимания к людям».

К типу «последних русских интеллигентов» причислял Анциферова академик Д. С. Лихачев. Ему же принадлежит мысль о «таланте личности» Николая Павловича как результате преображения под грузом жизненных испытаний его природного творческого начала. Об А. А. Ахматовой современники говорили, что сам факт ее существования удерживал людей от этически сомнительных поступков. То же и у Анциферова, хотя он был менее известен, но незнаменитость только подчеркивала силу таланта его личности. Именно на таких людях держится духовная опора общества, «ценностей незыблемая скала».

В 1927 году Н. П. Анциферов вместе с Ольгой Рындиной издает свою книгу «Детское Село», вошедшую в серию «Окрестности Петербурга». В особенностях изложения материалов путеводителя чувствуются новаторские устремления его авторов. Тем не менее, идут они по пути уже проторенному их предшественниками создателями путеводителей и девятнадцатого, и начала двадцатого столетия. Пристально всматриваясь в те далекие годы из нашего XXI века, мы понимаем, что урбанистические теории Николая Павловича и не могли столь быстро стать практикой.

Они скорее были обращены к будущему, чем к настоящему. И, благодаря этому, мы осознаем всю значимость события, произошедшего в деревянном (ныне не существующем) доме на Малой улице, в самом сердце бывшего Царского Села: появление на свет теории комплексного изучения города градоведения, ставшей одним из важнейших достижений петербургской школы краеведения. Сам Н. П. Анциферов отмечал, что его труд «имеет характер программы» и определил цель его создания: «Основная задача этой работы выявить всю значимость градоведения для каждого сознательно¬го гражданина и культурного человека. Указать на все то..

Побывал в освобожденном городе Пушкине и Н. П. Анциферов. В годы войны в блокадном Ленинграде умер от голода его сын, из оккупированного Пушкина была угнана в Германию дочь. Николай Павлович записал в дневнике: «Пушкин — Детское Село. Холм с белой руиной и редкими деревьями — это курчавое Пулково. Кузьмина нет. Не нашел и места, где оно было… Редко-редко виднеется деревянный полуобвалившийся дом. Исключение составляют дома Пушкина и В. Соловьева. Они почти не пострадали… Вот и наша улица — обуглившиеся мощные стволы в два-три обхвата серебристых тополей лежат поперек нее. Угловой дом, где бывал Тютчев, сгорел. Дом, где умерла мама, разрушен, но стены его стоят, видно и окно ее комнаты. Нашего дома нет. Нет и соседних домов, и того, где жила няня. Я ходил по этому щебню, по этим железным листам, тщетно стараясь что-нибудь найти из наших вещей. Ничего!.. Людская пустыня и людское безмолвие».

________________________

 

У автора этой публикации состоялся телефонный разговор с дочерью нашего известного земляка, ученого-краеведа Николая Павловича Анциферова. Татьяна Николаевна, живущая сейчас в Вашингтоне, хорошо знакома еще со школьных лет с художником Сергеем Львовичем Голлербахом, с окончанием войны тоже оказавшимся в США. Когда был снят "железный занавес", Голлербах стал периодически навещать родные края и своих школьных друзей в нашем городе. После того как он в июле этого года снова побывал в Пушкине, в "Царскосельской газете" о нем появился обстоятельный рассказ. Сергей Львович пообещал связать нас с Татьяной Николаевной.

И вот недавно раздался звонок:
— Здравствуйте, господин Шалыт! Это говорит дочь Анциферова.

Меня невольно охватило сложное чувство. Лично Татьяну я не знал, но зато хорошо помню ее брата Сергея, с которым учился в одном классе бывшей 1-й, а ныне 500-й школы. Прекрасный был парень — добрый, отзывчивый, подававший большие надежды. К сожалению, война перечеркнула его мечты. В 1942-м Сергея не стало — он умер в блокадном Ленинграде.

Хотелось услышать даже крупицы воспоминаний о Николае Павловиче, хотя я понимал, что многие детали семейного быта, творческой жизни отца из памяти моей собеседницы улетучились: как-никак, а ей сегодня далеко за восемьдесят. Но любые сведения об Анциферове сегодня представляют несомненную ценность, ведь уже в 1920-х гг., когда он жил в Детском Селе, имя его, особенно среди научной интеллигенции, было довольно известно.
 

— Что я могу сказать об отце? Только самое хорошее. Мне врезалась в память его бесконечная любовь к нашему городу. Жили мы недалеко от парков, в доме № 14 по ул. Революции (ныне Малая). Папа часто гулял по аллеям и всегда что-то обдумывал. Он не просто любил эти чудесные уголки природы, а буквально боготворил их. Помню, после очередной ссылки он решил снова побывать в Екатерининском дворце. На подходе к нему остановился, снял шляпу, поразмышлял о чем-то, глубоко вздохнул и пошел дальше. Видимо, сердце его было заполнено щемящей тоской по царскосельским культурным сокровищам. К ним он относился особенно трепетно. И не раз страдал за это.

Татьяна Николаевна привела характерный эпизод. В дни последнего приезда в Петербург в 90-х гг. она решила сходить в Большой дом и в архиве НКВД познакомиться с делом своего отца. Попытаться выяснить, за что же в 20-30-х гг. Анциферова столь жестоко преследовали, ведь к началу 40-х гг. он пережил три ареста и семь лет провел в сталинских лагерях.

Раскрыть секрет, докопаться до истины оказалось непросто. После длительных проволочек ей показали судебное дело. Там содержались и наветы лжедрузей, и ни на чем не основанные наговоры. Но главное, что вызвало недовольство властей действиями Анциферова, это его последовательная и принципиальная позиция. Как патриот города и ученый-краевед он был категорически против безудержной продажи за рубеж дворцовых ценностей, учиняемой чиновниками от культуры и большевистским руководством.

Наряду с репрессиями Николай Павлович испытал немало нервных потрясений и моральных унижений. Научное краеведение, градоведение, традиции которых были заложены Н.П. Анциферовым и его другом и учителем профессором И.М. Гревсом, были в конце 20-х гг. разгромлены. Вместо этого повсюду, в том числе и в нашем городе, стало внедряться механистическое изучение в виде набора достопримечательностей, стала культивироваться идея, что краеведение никакого отношения к науке не имеет. Суть этого извращенческого подхода подробно изложена в книге "Дворцовый город Царское Село", выпущенной к 300-летнему юбилею г. Пушкина авторским коллективом научных сотрудников Историко-литературного музея под руководством его директора Н.А. Давыдовой.

Незаурядные человеческие и творческие качества Николая Павловича Анциферова по достоинству оценил академик Д.С. Лихачев. Он написал вступительную статью к трем монографиям, являющимся вершиной литературного наследия Н.П. Анциферова: "Душа Петербурга", "Петербург Достоевского" и "Быль и миф Петербурга".

Всего же у него более 60 книжных изданий, в том числе имеющих прямое отношение к нашему городу: "Пушкин в Царском Селе", "Пригороды Ленинграда", "Детское Село". Д.С. Лихачев писал об Анциферове: "О его работах по Петербургу и Царскому Селу, а затем и по изучению городов вообще заговорили сразу по их появлении в начале 20-х гг.". Академик отмечает также, что "он был очень красив какою-то особенной, доброй красотой. Открытый взгляд удивительно честных голубых глаз, доброжелательная откровенность со всеми. От него как бы излучалась душевная чистота".

Умер Н.П. Анциферов в Москве в 1958 году, прожив 69 лет. Перед смертью он успел узнать, что любимая дочь Татьяна, не успевшая уехать из Пушкина до захвата его фашистами, жива и имеет сына. И вот теперь мы продолжаем с ней телефонный разговор.

Она помнит — да это подтверждается и многими литературными источниками, — что ее отец и в Ленинграде, и в Пушкине был страстным экскурсоводом и просветителем. Даже с одноклассниками, приходившими в гости к сыну или дочери, Николай Павлович старался завести беседу то о "городе муз", то о парковых пейзажах или просто об исторических датах, изучавшихся в школе. Он нередко выступал и на школьных уроках.

— Его очень волновало, — отметила заокеанская собеседница, — если он замечал в парке или городе какие-то упущения. Он был глубоко возмущен тем, например, что на Камероновой галерее устроили ресторан. К кому только ни обращался — не помогло. До самой войны там продолжались шумные застолья. Его очень расстраивало, что "Девушка с кувшином" и некоторые другие парковые памятники и скульптуры не были обозначены. Он старался нести людям знания, особенно в области истории и культуры. Особенно близка ему была пушкинская тема. Мне известно, например, что именно Анциферову удалось определить то место в Лицее, где находилась "келейка" великого поэта.

— Я счастлива, — продолжила Татьяна Николаевна, — что в наши дни имя Николая Павловича Анциферова становится все более значимым не только в Петербурге, в городе Пушкине, но и в других городах России. В последний приезд в Петербург мне было очень приятно побывать на очередном присуждении Анциферовской премии, учрежденной еще пятнадцать лет назад.

Я высказал дочери Н.П. Анциферова сердечную признательность за эту хоть и краткую, но весьма полезную беседу. Подумалось о том, как хорошо, что у нас, особенно среди молодежи, развиваются и крепнут анциферовские традиции. Это видно по многим фактам. Соблюдается комплексный подход к благоустройству и украшению города, к реставрации дворцово-парковых ансамблей, что особенно было заметно в период подготовки к 300-летию города. Нарастает приток туристов, желающих поближе познакомиться с петербургской пригородной "жемчужиной". И, конечно, глубоко радует, что наши дети все более интересуются занятиями по краеведению, что особенно ярко подтверждается на практике в школах и Дворце творчества юных.

А. ШАЛЫТ, Царскосельская газета № 63 (9896), 25 ноября — 1 декабря

В 2013 году имя Николая Анциферова присвоено одной из улиц Пушкина — Имена знаменитых царскоселов увековечат в названиях новых улиц города

 

Рейтинг: +1 Голосов: 1 7226 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!