Навигатор по сайту Туристу Энциклопедия Царского Cела Клубы Форумы Доска объявлений


Авторизация
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?

Кос Юрий Иванович (1889-1961)

ботаник, выпускник Императорской Николаевской Царскосельской гимназии 1908 года, преподавал в ней же, репрессирован

Семейный фотоальбом

 

В семейном архиве К.И. Финкельштейна, автора книг о Николаевской гимназии1, сохранилось несколько фотографий групп царскосельской молодежи начала XX века.

 

Царское Село. 20 сентября 1908 года. Снимок сделан во дворе дома Косов.

1-й ряд сл. направо: Надя Кос, Ирина Рихтер, Вера Кос.
2-й ряд: Катя Иванова, Вера Моисеева, Виктор Палепа, Николай Антоновский, Николай Траге.
3-й ряд: Митя Рихтер, Муля Кос, Ада Старынкевич, Анна Кос, Аня Рихтер, Кирилл Афанасьев, Михаил Травчетов.

 

С помощью специалистов Историко-литературного музея г.Пушкина удалось установить, что на ряде снимков, помимо его бабушки и дедушки, запечатлены ученики Императорской Николаевской Царскосельской гимназии: братья Травчетовы, Н.Траге, Н. Антоновский, В.Палепа, а также представители семей Старинкевич, Рихтер и Кос. Снимки были помещены на сайте К.И. Финкельштейна со слабой надеждой, что кто-нибудь из потомков, представленных на фотографиях царскоселов, обнаружит на снимках своих предков и откликнется. На удивление, эти надежды оправдались.

Первым отозвался потомок выпускника 1907 года Николая Траге — Ю.Паткевич (Киев), затем удалось установить контакт с племянницей Ады Старынкевич Е. Б. Халезовой (Москва) и, наконец, весной 2009 года пришло письмо из словенского городя Марибор от внучатого племянника выпускника гимназии Юрия Коса — Матьяжа Залокара.

Матьяж сообщал, что в их семейном архиве хранится аналогичная фотография, а одной из запечатленных на снимке сестер Кос является его бабушка — Анна (Нютя) Кос. В Словении, на исторической родине, живут многие потомки семьи Косов из Царского Села. Они бережно хранят воспоминания предков о России и Царском Селе, фотографии и переписку членов семьи Кос конца XIX — начала XX вв1.

Дома Косов и прадеда К.И. Финкельштейна — Н. М. Моисеева стояли по соседству на Жуковско-Волынской улице в Царском Селе. Видимо, семьи дружили, так как в архивах потомков обнаружились идентичные фотографии, на них запечатлены сестры Кос и Вера Моисеева. На одной из фотографий из архива В. Моисеевой изображен и Юрий Кос.

С помощью Матьяжа Залокара нам удалось связаться с сыном Юрия Коса — Юрием Юрьевичем Косом (Санкт-Петербург), который любезно предоставил в наше распоряжение свои обширные, пока не опубликованные материалы об отце, основанные на личных воспоминаниях и документах2. Эти материалы, а также сведения, присланные потомками Ю.И. Коса из Словении3, легли в основу данной статьи.


Юрий родился в Санкт-Петербурге 11 апреля 1889 г. в семье крупного коммерсанта, совладельца фирмы по поставке отделочных строительных материалов «КОС И ДЮРР». Отец Юрия Ивановича — Кос Иван Осипович был родом из Любляны, словенец по происхождению, но австрийский подданный4

Мать Юрия Ивановича — Вера Карловна, урождённая Бернадская, была родом из г. Санкт-Петербурга, шведка по происхождению, дедушкой которой был немецкий пастор, поэт и прозаик Иоганн Кристоф Бернацки (1795-1840).

Юрий был старшим ребенком в семье, кроме него в семье было четыре сестры.

 

Отец Юрия жил в столице Словении Любляне, окончил коммерческую академию в Вене. В возрасте 23 лет, возможно, под влиянием идей пан-славизма, которые были весьма популярны в то время в среде славянской интеллигенции, Иван Осипович переехал в Россию. Он обосновался в Петербурге и вскоре стал преуспевающим промышленником, владельцем фирмы «Кос и Дюрр»5, занимавшейся импортом и производством отделочных строительных материалов.

 

Дети супругов Косов с Верой Карловной

 

  1. Кос Анна Ивановна
  2. Кос Вера Ивановна
  3. Кос Мария Ивановна
  4. Кос Надежда Ивановна
  5. Кос Юрий Иванович

 

В 1897 году семья переехала из Петербурга в Царское Село, где глава семьи купил дом на Жуковско–Волынской улице. Главной причиной переезда были забота об образовании и здоровье детей.

Фотография дома Косов из семейного архива:

 

 

Иван Осипович писал своим сестрам в Словению: «Царское Село исключительно здоровое место и имеет замечательную  женскую гимназию. <..-> Но главной причиной переезда был свежий воздух, которым дета могут дышать круглый гол и то, что им не надо посещать школу в Петербург большом городе — который является отравой для детей во всех отношениях, как физически, так и морально».

Дом Косов был местом остановки многих посещавших Россию словенцев, среди которых были известные политики и деятели культуры.   Среди них — Антон Ашкерц, который был словенским поэтом и другом семьи Кос. Несколько раз он был в России и однажды посетил дом Косов в Царском Селе. Стихи Ашкерца, в качестве эпитафии выгравированы на могильном надгробии И. О. Коса, похороненного на царскосельском Казанском кладбище.   

В Царском Селе Юрий Кос поступил в Императорскую Николаевскую Царскосельскую гимназию (1899), а его сестры — в местную Мариинскую гимназию.

 

С ранних лет у Юрия проявились многие таланты. Его отец в одном из писем характеризовал своего 14-летнего сына, как «натуралиста, карикатуриста, поэта, математика, велосипедиста, кулинара, музыканта и коллекционера марок». Главным увлечением Юры были зоология и ботаника; не только его комната, но и весь дом были превращены им в маленький зоопарк, где содержались всевозможные виды насекомых и маленькие животные.

«Все комнаты полны червями, гусеницами, бабочками, жуками, улитками и всевозможными насекомыми. Все девочки помогают ему ловить их. Каждый день в печении пяти минут вокруг дома выгуливают мышь. Дя каждого зверька Юра построил свой домик. Вера (мать Юры — сост.) уже находится на краю нервного срыва, из-за слез и ссор, вызванных насекомыми. <...> Он знает наизусть почти все латинские названия и классифицирует бабочек по иллюстрированной книге, которую я однажды купил ему», — писал Иван Осипович.

Другим немаловажным увлечением юного натуралиста была поэзия. В октябре 1906 года Иван Кос сообщал сестре Марии:

«Юра стал редактором школьного рукописного журнала «Юный труд», получив на это разрешение директора. В первом номере были помещены несколько стихотворений Юры — достаточно хороших и оригинальных, Я пошлю их тебе, чтобы ты показал их Ашкерцу. Юра очень интересуется литературой, только у него не хватает времени на ее чтение. Школа и журнал забирают все его время».

 

В первой книге о Николаевской гимназии и в специальной статье, посвященной журналу «Юный труд» К.И. Финкельштейн отмечал, что ему не удалось расшифровать ни один из псевдонимов, которым гимназисты подписывали стихотворения и что особого внимания заслуживают стихотворения автора под псевдонимом «Р. Ось», в которых поэтические описания природы («Березка», «Ночь», «В конце февраля») трогают ясностью формы и образов, передачей настроения:

Еще мир зимний, погруженный
В глубокий сон, молчит.
Наш сад, метелью обеленный,
Безвозгласным стоит.
Поля покрьты пеленою
И мерзлой серой мглой,
Пруды, озера ледяною
Подернуты корой.

 

 

После ознакомления с письмом И. Коса, у него почти не осталось сомнений, что под псевдонимом «Р. Ось» печатал свои стихи редактор журнала Юрий Кос или Косъ, как писалось в то время. В этом нас убеждают, помимо сходства псевдонима с фамилией, выраженная в стихах любовь к природе, которая была присуща юному натуралисту и схожесть стиля стихов из гимназического журнала с более поздними стихотворениями Юрия Коса, опубликованными в его сборнике «Цветы печали» (Петроград, 1923):

Люблю встречать душой бездонной
Твой, полный тихой грусти, взор,
Стремясь проникнуть в затаенный,
Печальный мир его озер.,

 

Во время волнений 1905–1906 гг. Юрий и его сестра Нютя оказались под влиянием революционных идей. Юрий принимал активное участие в акциях гимназистов, к тому же, он был иностранным подданным, поэтому дом Косов стал подвергаться досмотрам полиции. Беспокоясь за безопасность семьи, в особенности детей, Иван Осипович перевез всю семью в безопасное место – на свою родину, в Любляну, где жили его сестры с семьями. В августе 1906 года Косы вернулись в Царское Село, и Юрий вновь стал учиться в Николаевской гимназии. Возможно, по причине полугодового отсутствия он получил аттестат зрелости в1908 году, как «постороннее лицо»6.

После смерти главы семейства И. О. Коса в 1907 году опекуном его детей стал норвежец — директор российского филиала «Северной телеграфной компании». Впоследствии сестры Юрия — Мария и Вера также перебрались в Норвегию, здесь они вышли замуж и прожили в этой стране до конца своих дней.

После окончания гимназии, в том же году, Ю. Кос поступил в Санкт-Петербургский университет, на биологическое отделение Физико-математического факультета, но проучился в нем недолго.

В 1910 году Вера Карловна Кос состояла членом Общества вспомоществования нуждающимся ученикам Николаевской гимназии. И в том же, 1910 году Юрий был арестован за связь с революционно настроенными студенческими кружками и участие в демонстрации с призывами свержения монархии, при обыске у него нашли «компрометирующую» переписку с замешанными в революционной деятельности товарищами и карикатуры на Николая II. Юрий был заключен на два месяца в тюрьму, ему грозила ссылка в Сибирь, но, благодаря вмешательству австро-венгерского посольства, она была заменена на 10-летнюю высылку из России.

За границей Юрий сначала учился в Лейпцигском университете, в Германии, затем в 1912 г. перевелся в норвежский университет, в г. Осло (в то время Христиания), где занимался до февраля 1917 года. За это время он побывал в 20-ти странах Европы, Африки и Малой Азии, собирая ботанические и энтомологические коллекции Общению в путешествиях ему помогали свободное владение немецким и норвежским языками, а также испанским и французским (со словарем).

 

Когда в августе 1914 года началась Первая мировая война, все члены семьи Косов находились вне России и, как подданые враждующей Австро–Венгрии, лишились возможности возвратиться.

После прихода к власти Временного правительства в феврале 1917 года Юрий решил вернуться домойВ 1917 г., после Февральской революции, у него появилась возможность вернуться на Родину, чем он сразу же и воспользовался, даже не став сдавать заключительного экзамена по основному предмету ботанике, прослушав полный курс биологического факультета университета в Осло и сдав все экзамены за исключением упомянутого, в период пребывания за границей. Юрий уничтожил австрийский паспорт, был арестован российскими властями, но через несколько недель был отпущен на свободу. 

В течение четырех лет родные Юрия почти ничего о нем не знали. Только в 1921 году находившаяся в Словении мать Юрия получила от него письмо, где он писал, что преподает в школе в Детском Селе, у него есть жена и двое детей, временно они живут в доме родителей жены, поскольку в их доме на Жуковско–Волынской разместился лазарет. Ю. Кос сообщал, что живут они бедно, а главным источником их пропитания является огород.

С 1917 года Юрий Кос работал учителем в родной гимназии (переименованной в Царскосельскую гимназию, затем в Детскосельскую I Единую трудовую школу) и других школах Детского Села и Павловска, преподавал в старших классах ботанику, зоологию, анатомию и физиологию человека, основы геологии и палеонтологии.

Бывший ученик Ю. И. Коса, — профессор Ленинградского ботанического института АН СССР Максимилиан Максимилианович Голлербах рассказывал сыну Юрия Ивановича, что его отец всегда старался заинтересовать учеников биологическими дисциплинами, стремился дать им больше, чем этого требовала школьная программа.

Эрих Голлербах писал о Ю.И. Косе этого периода жизни в книге «Город муз»7:«… а этот светлый юноша, головой едва не задевающий за телеграфные провода — Гулливер в стране лилипутов, это — Юриваныч Кос, первостатейный ботаник, кругосветный путешественник и симгтяга, мальчишки пристают к нему — „дяденька, достань воробушка, и все знают, что третьего дня у него ощенился водолаз..."».

Действительно, «Юриваныч» отличался гулливерским ростом (ровно 2 метра), носил ботинки 47 размера, «ходил всегда быстро, слегка опустив голову, был всегда поглощен своими мыслями, в основном ботаническою содержания»8.

Начиная с конца 1920-х Ю.И.Кос публиковал научно-популярные статьи на биологические темы (цветы, жуки, плесени) в различных журналах.

 

Выпуск 4-ой Детскосельской трудовой школы (б. Реального училища) 1930 г. Архив Музея 500-ой школы 

Во 2 ряду третий слева — Ю.И. Кос, а первый справа — Климочкин В.М., его коллега по Николаевской гиимназии

 

В 1925 году вышел популярный очерк «Происхождение человека». В 1930 году Юрий Иванович полностью переключился на научную деятельность: он перешел на научную работу во Всесоюзный институт Растениеводства (ВИР) и заведывал опорным пунктом ВИР в г. Детское Село, где с участием проф. Кобранова, проф. Арцибашева, проф. Ильинского, проф. Керна и других специалистов создал богатый в видовом отношении Дендрарий, который впоследствии перешел в ведение контрольно-семенной станции Ленинградского треста зеленого строительства, работал в НИИ коммунального хозяйства и других учреждениях.

 

От брака с первой женой Татьяной Ивановной Топчиевой, у него родились дети: Татьяна (1921) и Евгений (1925).

 

Юрий Кос с дочкой Таней. Детское Село. Ок. 1925 года.

 

Впоследствии, Юрий Иванович женился вторым браком на Нине Ивановне Соболевой, у них родились сыновья Юрий (1930) и Вячеслав (1933). Первенцы от обоих браков, помимо перечисленных детей, умерли в младенчестве.

В течение всей жизни Ю.Кос не порывал с юношескими увлечениями литературой и поэзией. В 1922 году вышел сборник его стихотворений «Цветы печали» с посвящением жене — Татьяне Ивановне Кос. Многие стихотворения сборника посвящены лирическому описанию природы, любимым жене и детям.

Сын Ю. И. Коса от второго брака, тоже Юрий, вспоминал, что в 1930-е годы в их доме собирались Валентин Анненский-Кривич, Алексей Толстой, Гейне, Э. Голлербах и другие известные деятели культуры:

«Отец был человеком прямодушным и откровенным, легко сближался с людьми. Будучи деятельным и широко образованным с живым интересом ко всему, что происходит вокруг, он не ограничивал круга своих знакомств только биологами. Его интересовала поэзия, искусствоведение и, конечно. политика… Елену Александровну (вторую жену Кривича) и её дочь Лалу я хорошо знал с раннего детства. Когда мы жили в Детском селе, то ближайшеми знакомыми моих родителей были Елена Александровна, Лала и Эрик Федорович Голлербах. В воскресные дни они часто бывали у родителей; иногда к ним присоединялся Алексей Толстой и Гейне. Меня укладывали спать в соседней комнате. Но через стенку я слышал чарующий шум общения  — голоса, смех, звуки рояля. Под этот аккомпанимент я засыпал. С тех времен сохранилось у меня воспоминание и о посещении квартиры Эрика Федоровича Голлербаха. Меня поразило тогда обилие картин, которые тесно прижавшись друг к другу заполняли стены комнаты почти от пола до потолка. Картины висели и на фрамугах дверей.  Подобного я больше нигде и никогда не видел. В 1948 мы с мамой приехали в Ленинград. Я поступал в институт, а в свободные дни вместе с мамой занимался розыском старых довоенных  друзей  и знакомых. Елену Александровну с Лалой  мы посетили в Зеленогорске. Туда они переселились после войны. В одни из моих каникул мы с Лалой были у моих родителей в Нальчике. В Ленинграде я часто в воскресные дни бывал в Зеленогорске У Елены Александровны и Лалы. Образ их жизни и интересы того времени меня очень занимали.».

Юрий Юрьевич пишет, что его отец входил в литературный кружок «Зеленая лампа»9, участие в котором негативно сказалось в его судьбе:

«На собраниях кружка читали стихи, обсуждали новинки литературы; не обходилось и без оценки, как тогда говорилось, текущего момента. В таких дискуссиях участвовал и отец. Он возмущался методами, которыми проводилась коллективизация, высказывал сомнении по срокам выполнения тех или других директив ВКП(б). Особенно нетерпим был к использованию политических aргументов в научных дискуссиях». К тому же, Юрий Иванович вел переписку с находившимися за границей сестрами10, получал деньги через посольства. «Всего этого было достаточно, чтобы обратить на себя внимание ОГПУ, тем более что этому содействовали услужливые информаторы — назовем их так помягче».

 

2-го февраля 1933 года, работавший на тот момент ассистентом факультета земельного строительства Ленинградского Института коммунального строительства (ныне СПбГАСУ), Юрий Кос пишет заявление зам. директора института с просьбой открыть новый курс цветоводства и внутреннего озеления на факультете и поставить его там преподавателем. Его заявление было рассмотрено положительно и его назначают ассисентом по курсу цветоводства и внутреннего озеления с 1 сентября 1933 года, но с пометкой о том, что он не может быть назначен преподавателем в виду того, что "не имеет российского диплома". Напомним, что учиться Юрию Ивановичу пришлось за границей, когда российски монарх выслал его семью из России. Но дело ассистента ЛИКСа закрывается без каких-либо пояснительных документов.11 

Дело было в том, что в марте 1933 года Ю. И. Кос был арестован вместе с некоторыми другими членами кружка, обвинялся по статьям 58–6, 58–10 и 58–11 (шпионаж, контрреволюционная агитация и пропаганда и участие в контрреволюционной организации). Можно сказать, что ему «повезло» с ранним арестом, случись это 3-4 годами позже, стандартный набор обвинений привел бы к длительным срокам, если не хуже. После двух месяцев, проведенных в «Крестах», Юрий Иванович был приговорен к «лишению права проживания в городах Москве, Ленинграде, Московской и Ленинградской областях, погранзоне сроком на 3 года». Очевидно, документы не сразу дошли до института, где он работал, а когда дошли, КЮрий Иванович с семьей был вынужден ппокинуть и институт, и родной город. И больше он в родной город уже не вернулся.

В том же 1933 году Юрий Иванович переехал в город Саратов, а через год в город Аткарск, где работал в должности дендролога на крупных питомниках треста РСФСР "Госзеленхоз". Был премирован за хорошую постановку семенного дела и за перевыполнение плана по работе.

В 1935 году, оставаясь в системе того же треста РСФСР "Госзеленхоз", отец переехал в г. Пятигорск, а потом а Кисловодск, где работал до 1937 года директором, созданного под его же руководством, крупного декоративного питомника в районе "Малого Седла" (название известной горы в парковой зоне Кисловодска. Впоследствии этот питомник превратился в большое хозяйство и находился в ведении Кисловодского "Курорт-зеленстроя». Видимо, возвращаться домой Юрию Ивановичу было небезопасно, поэтому на Кавказ к нему приехала семья из Детского Села.

В 1937 году Косы перебрались в Нальчик, здесь Юрий Иванович возглавил цветоводческий питомник, а Нина Ивановна стала работать старшим преподавателем математики. В период с 1937 по 1949 г.  Ю.И. Кос работал сначала техноруком паркового хозяйства, потом агрономом подсобного хозяйства республиканской больницы и специалистом по лекарственным растениям в Аптека-управлении.

 

Юрий Иванович Кос, 1950-е

 

Все последующие годы, до самого последнего дня, Юрий Иванович целиком посвятил изучению природы Кабардино-Балкарии. Здесь ярко проявился его талат ботаника-исследователя, организатора работ по озеленению и защите окружающей среды. Пешком он исходил почти всю Кабардино-Балкарию в поисках редких и лекарственных растений. Ему принадлежит честъ открытия ряда доселе неизвестных видов: одни из них нашли применение, как лекарственные препараты, другие были впервые использованы для озеленения во многих городах страны.

С 1949 года Ю.И.Кос стал директором организованного им ботанического сада в г. Нальчике. По данным на 1960 год, в саду, включенном в список ботанических садов мира, произрастало более 750 различных видов растений северо-кавказской флоры9. Его жена Нина Ивановна Кос (ур. Соболева) (1905-1991), работала преподавателем на кафедре геометрии и высшей алгебры Кабардино-Балкарского государственного университета.

В этом же году Юрий Иванович защитил диссертацию на Ученом совете ботанического института АН СССР. Свои наблюдения и исследования он описал в десятках статей и нескольких книгах: 

  1. Кос Ю. И., Демишев К. С. Растительный мир Кабарды. — Нальчик, 1951. — 148 с.
  2. Ковтуненко И. П., Кос Ю. И. Уход за розами. — Нальчик: Кабард. кн. изд-во, 1956. — 118 с.
  3. Кос Ю. И. Растительность Кабардино-Балкарии и её хозяйственное использование. — Нальчик, 1959. — 199 с.
  4. Кос Ю. И. Лекарственные растения Кабардино-Балкарии. — Нальчик, 1963. — 136 с.

 

Десятки людей из различных городов страны и из-за рубежа обращались к нему с просьбой выслать описанные в его книгах семена растений. Те, с кем Ю. И. Косу довелось встретиться на жизненном пуги, тянулись к нему и как к энтузиасту-ботанику, и как к доброму, интересному, остроумному человеку и прекрасному рассказчику.

 

Юрий Юрьевич Кос, сын Ю.И. Коса, Санкт-Петербург

 

Характеризуя Юрия Ивановича, его сын Юрий вспоминал, что его отец

«всегда был самым настоящим бессребреником. Работа настолько поглощала и увлекала его, что он порой забывал, что деньги, которые он получал за нас, все-таки нужны для существования его самого и его семьи. <...> Отец был превосходным рассказчиком и незаурядным фантазером, правда и выдумка в его рассказах органично соседствовали, придавая удивительно красочную и интригующую окраску его повествованию. <...>

А вот то, что Юрий Иванович не защищает диссертацию, на него ополчилась не только Нина Ивановна, но и его ближайшие соратники. «Юрий Иванович, при Вашей эрудиции и огромном практическом опыте ботаника-исследователя, с таким количеством научных публикаций и открытых новых видов растений следовало бы иметь ученую степень" — говорили ему. Он возражал — говорил, что не хочет тратить время на оформительские дела по защите. "Я боюсь экзамена по Марксизму-Ленинизму" — добавлял он, что было предметом веселых шуток у окружающих.

Наконец сопротивление было сломлено — сдан "страшный" экзамен и в 1960 году защищена диссертация на Ученом Совете Ленинградского ботанического института им. акад. Комарова. Даже вставал вопрос о присвоении Юрию Ивановичу докторской степени, но знающие все процедурные вопросы члены Совета, не рекомендовали этого делать: если ВАК не утвердит докторскую степень, то и кандидатская не будет присвоена. А друзья специалисты говорили: "Для нас Юрий Иванович всегда был доктором в своем деле — таким и остается".

В следующем 1961 году 19 марта отца не стало. Умер он после неудачно проведенной операции аппендицита, и даже на смертном одре интересовался состоянием дел к его детище — ботаническом саду». 

А самые последние его слова были обращены к жене, которая была около него все последние дни: "Бедная Нина"… И в интонации этой фразы угадывалось извинение за то, что он обречен покинуть ее навсегда.

Похоронили Юрия Ивановича в г. Нальчике на городском кладбище. Проститься с Юрием Ивановичем в день похорон, кроме близких и знакомых, пришло много незнакомых нам людей. Может быть и отцу многих из них не знал лично, но чем-то эти люди были связаны с ним, за что-то были ему благодарны. Провожающих было очнь много, а по дороге и провожающим присоединялись все новые и новые люди.

 

Сын Юрий (р. 1930) закончил в 1943 г. среднюю школу №7 в г.Нальчике и поступил в Ленинградский электротехнический институт им. Ульянова (Ленина), который окончил в 1955 г. В 1974 году защитил кандидатскую диссертацию. Работал в области приборостроения. В настоящее время находится на пенсии и живет с семьей в С.Петербурге.

Сын Вячеслав (23.09.1933 -16.12.1997) окончил в г. Нальчике технологический техникум и инженерно-технический Факультет Кабардино-Балкарского государственного университета. Всю жизнь работал на промышленных предприятиях г. Нальчика (машиностроительный завод и др.). Его вдова Алла Георгиевна, две дочери — Татьяна и Ольга и внуки живут в г. Нальчике.

"Многие деревья в саду были посажены дедом; некоторые из них сохранились до сих пор. Но дома, к сожалению, уже нет. Он простоял до середины прошлого века (ХХ-го), обветшал и был снесен. На его месте построили кирпичный, и он стал наследствовать память о старом доме, тем более, что сохранились вокруг фрагменты окружавшего его сада..."

 

Уже десятилетия спустя, в 1997 году, Вячеслав познакомил Юрий с книгой Степанова Гелия Владимировича и Залиханова Михаила Чоккаевича "Восемь дней на стене", издана она в С.Петербурге в издательстве "Гидрометиздат" в 1994 году. Книга была интересна как тем, что, вo-первых, братья хорошо знали Гелия, который был в свое время мальчишкой из их затишьенского двора, а, во-вторых, в ней есть воспоминания об отце и сыне. Авторы, вспоминая детские годы, рассказывают, какое влияние на их судьбу оказало общение с Юрием Ивановичем. Отец любил беседовать с пацанами двора, располагая их к себе простотой общения, интересными рассказами и остроумными ответами на все интересовавшие их вопросы. Рассказчик был он превосходный; речь его была неспешней, с паузами, во время которых он что-то вспоминал или придумывал, ведь он и фантазером был, каких не часто встретишь, конечно же основные темы его рассказов были посвящены путешествиям и живой природе.

 

В феврале 2017 года в Нальчике был переиздан сборник стихов Ю. Коса "Цветы печали".

 

 

Матьяж Залокар        

Юрий Кос

Финкельштейн Кирилл Иосифович

Бровкина Т.Ю., зав.Музеем Николаевской гимназии Документы ЦГА публикуются впервые

 

Источники:

  1. Финкельштейн К. Императорская Николаевская Царскосельская гимназия. Ученики.СПб,: Изд-во Серебряный век, 2009. 310 с., ил.
  2. Кос Ю. Ю. Биографические сведения и воспоминания о моем отце Косе Юрии Ивановиче. (На правах рукописи, фонд МНГ).
  3. Письма (на словенском) Ивана Коса (1884-19Q7 гг.) к сестрам Марии Блейвейс-Трстенишки и Анне Зарник. Письмо (на немецком) Веры Кос к родственнице Эрзи Солтеж (1921), Письмо Юрия Коса к сестре Анне Залокар (1946). Перевод со словенского и немецкого на английский Матьяжа Залокара. Присланные МЗалокаром материалы включают фотографии и биографии членов семьи Кос, фрагменты воспоминаний сестры Юрия — Марии Розенквист (урожд. Кос).
  4. Словения в то время была в составе Австро-Венгрии
  5. Фирмой «Кос и Дюрр» выполнены все мраморные работы на фасадах храма Воскресения Христова (Спас-на-Крови).
  6. «Посторонними лицами» были т.н. экстерны,  ученики, которые сдавали экзамены в гимназии, но на тот момент не значились ее учениками. Сестра Юрия Анна была ученицей Мариинской гимназии, но дополнительно сдала экзамен по древним языкам в один год с братом в Николаевской гимназии. Этот предмет открывал девушкам дорогу к поступлению в высшие учебные заведения, чего не давал диплом женской гимназии
  7. Ученики Николаевской гимназии «Пунин, Кос и Антоновский (сын переводчика Ницше, ныне рабочий-каталь) пили коньяк и делали революцию», — писал Э. Голлербах в книге «Город муз». (Город Муз. 1993, с. 155)
  8. Воспоминания сына
  9. Вероятно именно об этом кружке, собиравшемся в Детском Селе у Анненского-Кривича, говорила жена брата Э.Голлербэха {Голлербах Эрих. Встречи и впечатления. СПб.: ИНАПРЕСС. 1998. С 463.): «Дом Анненских был последним литературным салоном Царского Села. У них собирались писатели, поэты, художники; читали свои произведения, вели беседы о различных проблемах большого искусства<...>. Но салон просуществовал недолго. В один непрекрасный день явился агент Чека, переписал фамилии всех посетителей и долго и со скрытой угрозой допрашивал, зачем и для чего собираются. Cалон закрылся».
  10. Сиголов И. Натуралист, коллекционер // Газета «Советская Россия». 18.3.1960.
  11. ЦГА СПб. Ф.Р-4398. Оп.14 Д.377. Коса Юрий Иванович, ассистент факультета "Зеленое строительство".

 

опубликовано 12/2013, отредактировано 01/2019

Рейтинг: +1 Голосов: 1 3396 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!