Навигатор по сайту Туристу Энциклопедия Царского Cела Клубы Форумы Доска объявлений


Авторизация
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?

Стасов Василий Петрович (1769-1848)

 

Среди архитекторов, имя которых связано с Царским Селом, значительное место занимает Василий Петрович Стасов — крупнейший зодчий, убежденный сторонник принципов стиля высокого классицизма.

 

Василий Петрович Стасов родился 24 июля 1769 года в Москве в небогатой дворянской семье. Обучался в гимназии при Московском университете. По окончании в 1783 году поступил в Управу благочиния архитектурным учеником. В 1794-1795 гг. — унтер офицер Преображенского полка.

В 1797 году, уже имея солидную архитектурную практику, Стасов был определен к строительству соляных заводов в должности коллежского секретаря. Был произведен в губернские секретари. Участвовал в оформлении народных праздников при коронации императора Александра I.

В 1802 году направлен для усовершенствования во Францию, Италию и Англию. Во время пребывания в Риме был принят профессором в Академию Святого Луки.

В 1808 году вернулся в Россию и был определен в ведение "Кабинета Его Императорского Величества". С этого времени принимал участие в крупнейших заказных работах двора и государства.

С 1811 года Стасов получил звание академика. Действительный статский советник. Профессор Академии Художеств по классу архитектуры. С 1826 года — член Строительного Комитета Исаакиевского собора. Представитель позднего классицизма.

К основным работам В. Стасова в Санкт-Петербурге относятся: Провиантные магазины на Обводном канале, Павловские казармы на Марсовом поле, Главные придворные конюшни, Ямской рынок на Разъезжей улице, Спасо-Преображенский и Троицко — Измайловский соборы.

В архитектурных сооружениях Стасова неизменно стремрление «к мужественной величавости и величественной простоте», выразившееся в предпочтении дорического ордера, умеренном применении скульптуры, использовании больших лаконичных плоскостей стен.

Архитектор был признан при жизни и пользовался блестящей репутацией как в архитектурно-строительных, так и в правительственных кругах. Стасов «… оставил в нашей столице многие памятники своего таланта и искусства, а в душе всех знавших его — неизгладимое воспоминание о своих добродетелях», — писали после его смерти «Московские ведомости».

 

В Царском Селе В. Стасов работал более 20 лет

В Царском Селе замыслы зодчего нашли воплощение в застройке жилых кварталов города, в создании ряда парковых сооружений, а также в оформлении дворцовых интерьеров для семьи императора Александра I. Органично включая свои постройки в ансамбль, сложившийся на протяжении XVIII века, Стасов дополнял его новыми решениями, ярко отражающими стиль эпохи и его собственную творческую индивидуальность.

В 1817 году по распоряжению Александра I зодчий был включен в состав комиссии, которой было поручено осмотреть императорские дворцы и определить первоочередные работы в них. Главное место в этом плане отводилось Царскому Селу — любимой резиденции императора, где Стасов руководил всей архитектурно-строительной деятельностью. Однако работать в Царском Селе зодчий начал задолго до этого.

К 1811 году относится преобразование Садовой улицы города, начавшееся сзамены ветхого деревянного моста через канал перед Оранжереями и строительства Лицея.

Крупной ранней работой Стасова в Царском Селе было приспособление для Лицея так называемого Нового (Великокняжеского) флигеля Большого дворца, соединенного переходом на арке с церковным корпусом дворца. 

Главным выразительным средством Стасова в создании ансамбля Садовой улицы стала строгость архитектуры фасадов зданий. Разрабатывая планировку целого квартала, Стасов стремился дать возможность кругового обзора каждого сооружения и добивался того, чтобы дома зрительно не перекрывали друг друга.

Начиная с 1811 г., с некоторыми перерывами, Стасов около 20 лет занимается Китайской деревней.

Здание Благородного пансиона на Волконской улице было создано из пяти отдельных домов Стасовым в 1814—1820 гг.

В1817 году Стасов становится одним из трех архитекторов, привлеченных к строительству дворца Кочубея в конце Садовой улицы, известного как Запасной (Владимирский) дворец. В конечном иоге дворец был построен по проекту Стасова. Таким образом появление дворца у Нижних прудов и его архитектуру можно рассматривать как результат минимум трех составляющих. Талант, европейские образованность, безупречный вкус архитектора В.П.Стасова как его создателя, утонченная культура графа Кочубея как адресата, которому предназначался дворец, и несомненная одаренность императора Александра как заказчика, сумевшего воспользоваться усилиями нескольких мастеров и добиться наиболее точного соответствия архитектуры здания пристрастиям будущего владельца, слывшего человеком екатериниской эпохи, славившегося изысканностью и благородством вкуса.

Деревянная лютеранская церковь сооружалась так же по проекту Стасова одновременно со строительством дворца Кочубея напротив него через Нижний пруд.

5 апреля 1819 года царскосельское дворцовое правление поручило В. П. Стасову  представить новую смету на ремонт Придворного манежа, обязав его «ежели что нужно будет положить или исключить, сделав отметки, возвратить в Правление». Пересмотрев смету, Стасов увеличил ее в 4,5 раза, практически полностью перестроив каменный нееловский манеж.

В 1819 г. в Царском Селе была создана так называемая Фридентальская колония из 24 мастеровых семей, изъявивших согласие пе¬реехать сюда из Германии. Проекты фасадов домов для колонистов в трех вариантах, составленные Стасовым, 30 июля были представлены на утверждение. Учитывая, что строительство осуществлялось на казенный счет, был выбран наиболее простой по оформлению вариант с мезонином.

 

 

Неудовлетворительное состояние старых оранжерей на цетральной магистрали вызвало необходимость их перестройки, что и было поручено Стасову. Проект Большой оржереи был готов зимой 1820 г. Здание по праву считается одним из интереснейших памятников архитектуры первой половине XIX века. Его строили в два этапа. Перестройка была завершена в 1824 году.

Отделывая фасады оранжереи, Стасов проявил заботу о дальнейшем благоустройстве Садовой и сопряженной с ней Оранжерейной улиц. Он составил генеральный план, на котором показал «перестроенные оранжереи», дугообразную «предполагаемую пристройку» к ним, исправленные красные линии Оранжерейной улицы, а вдоль Садовой, до манежа, «линию для перестройки каменной ограды».

 

 

И здесь Стасов показал себя опытным градостроителем, предусмотрев эффектный поворот оранжерейного корпуса на одноименную улицу, а также архитектурные акценты на углах ее пересечения с Большой или Средней улицей в виде двухэтажных Г-об-разных жилых домов (Крашенинникова и Малышева).

Оба дома были выстроены соответственно в 1820 и 1822 гг. и являются типичными примерами стасовских безордерных жилых домов. Они имеют общие композиционные черты, однако в деталях различны. В каждом из них создана самостоятельная композиция, что способствовало художественному эффекту и организации перекрестка, где эти дома как бы фланкировали подход улицы к дворцовому парку.

При разработке проекта здания Дежурных конюшен в 1822 году, Стасов разработал планировку целого квартала на совершенно новом для своего времени принципе — свободного, но «регулярного» рас¬положения зданий так, «чтобы каждое строение было видимо со всех сторон и одно другое не закрывало». В записке эти слова Стасов даже подчеркнул. Система, предложенная Стасовым, противоположна утвердившейся в Петербурге в период раннего классицизма застройке «сплошною фасадою» и является одним из первых случаев внедрения нового принципа застройки. Постройки в квартале гофмаршальского двора действительно были расположены свободно и внутриквартальное пространство обозревалось в глубину (но, очевидно, проект Стасова был реализован лишь частично).

В 1825 году Стасов создает проекткатолической церкви на Кузьминской (Дворцовой) улице, который многие приписывают Адамини, который руководил стройкой.

В результате напряженной работы Стасова в период с 1811 по 1825 гг. в Царском Селе сформировался замечательный ансамбль парадной улицы, на которой в гармоническом единстве сосуществуют разнообразные, в большинстве своем хорошо сохранившиеся здания и которую по праву можно было бы назвать улицей Зодчего Стасова.

На Соборной площади Царского Села по его проекту так же построено несколько зданий: первое деревянное здание Гостиного двора, ансамбль Градской полиции и дом крестьянина Васильева. Можно заключить, что, помимо Садовой улицы, Стасов в Царском Селе задумал и почти полностью создал ансамбль главной Соборной площади.

Роль Стасова в преобразовании садов в Царском Селе велика, а созданные им в парковых ансамблях сооружения представляют собой оригинальные и высокохудожественные произведения русского зодчества.
 

Роль Стасова была существенной и в застройке города в целом. В частности, ему пришлось урегулировать вопрос о размещении деревянных усадебных строений. Случайное их расположение, по прихоти владельцев, приводило порой к угрожаемому в пожарном отношении соседству на смежных участках.

Ранее, для застройки Петергофа, заселенного главным образом служащими царского двора, Стасов разработал образцовые фасады всего нескольких небольших домов. В Царском Селе ими обойтись было нельзя, так как контингент жителей был шире: помимо придворнослужащих, здесь были разбогатевшие на отхожих промыслах крестьяне, мещане и купечество. Поэтому характер жилых домов здесь труднее поддавался единообразной трактовке. И все же Стасов добивался архитектурного единства определенной системой композиционных приемов и форм, которые в различных сочетаниях обеспечивали также и нужное разнообразие.

Он проектировал отдельные дома и целиком застройку кварталов, подчеркивал увязку зданий друг с. другом исполнением «разверток» улиц. Зодчий варьировал фасады, видоизменял детали и их расположение, что позволяло избегать монотонности застройки. Этому способствовала также разнообразная раскраска фасадов, обычно в светлые тона (палевые, розовые, серые и т. п.), хорошо сочетающаяся с озеленением.

В связи с жалобами домовладельцев летом 1823 г. Стасов предложил для Царского Села правила застройки участков, гарантирующие противопожарную безопасность, санитарное благоустройство и порядок в застройке. В  развитие изложенных мыслей Стасов представил чертеж примерного расположения домов, служб и садов на смежных участках так, чтобы соблюсти эти правила. Такая планировка должна была предохранить преимущественно деревянный город от пожаров и внести порядок в его застройку.

Загруженный работами по Петербургу, в конце 1820 г. Стасов мог меньше уделять внимания Царскому Селу и составление проектов частных домов доверил ученику и помощнику В. М. Горностаеву, который воспринял композиционные приемы своего учителя, внеся в них элементы большей декоративности.

В Александровском дворце при императоре Александре I архитектор провел незначительные работы. Однако уже при императоре Николае I В. Стасов осуществляет здесь серьезные переделки. В левом корпусе на первом этаже на месте личных комнат императора Александра I и его супруги Елизаветы Алексеевны, а также комнат графини Шуваловой и ее дочери-фрейлины в 1827 году архитектор устраивает личные покои императора Николая I: Кабинет, Уборную, Камердинерскую и другие. Работы проводились по проекту и под личным наблюдением В. Стасова. Представления об этой работе дают сохранившиеся архивные документы — подписанная архитектором 3 апреля 1826 года "Часть плана Нового (Александровского) дворца в Царском Селе с означением устройства для кабинета Его Императорского Величества (с показанием всех апартаментов)", а также акварель Э. (Edward) Гау "Кабинет Николая I в Александровском дворце" (1845). Эти несохранившиеся до наших дней интерьеры представляли собой яркую страницу в истории русского ампира. Впоследствии они были переделаны для императора Николая II.

 

В 1820 году у архитектора родилась дочь Софья (1820-1858), а в 1822 году - дочь Надежда (1822-1893).

 

В начале 1830-х годов А. А. Тон, сменивший Стасова в деле руководства застройкой Царского Села, а также архитектор А. П. Гильдебрандт и помощники В. В. Кокорев и С. И. Черфолио, выполнявшие проекты для частных застройщиков, еще продолжали линию, с блеском проводимую до них Стасовым и Горностаевым.

В 1835 г. их воля была скована требованием Николая I, чтобы «архитекторы при составлении фасадов на постройку новых домов придерживались впредь рисунков, данных из Берлинских фасадов», для чего в пригородную резиденцию были препровождены «для руководства при составлении фасадов на построение в Царском Селе обывательских домов и других зданий тринадцать тетрадей, издаваемых в Берлине г. Менцелем фасадов разных строений», с указанием, «что из фасадов сих наиболее нравится государю императору отмечены е. в. карандашом крестиком».

Контроль за исполнением этого повеления был возложен на Тона, который, естественно, и сам должен был принять немецкие образцы, не соответствующие духу русского зодчества первой четверти XIX в. В цельный облик города стали привноситься чуждые по архитектуре элементы, а во второй половине XIX в. архитекторы Д. Е. Ефимов, И. А. Монигетти и другие строили дома и перестраивали большинство существующих в духе господствовавшей в то время эклектики. Этот процесс охватил весь город, поэтому особенную ценность сейчас представляет дом на углу Оранжерейной и Средней улиц, сохранивший почти в чистоте облик, задуманный Стасовым.
 

 

Работы Стасова во дворцах Царского Села

С начала 1817 г. Стасов более двадцати лет занимался также царскосельскими дворцами, в особенности помещениями Большого (Екатерининского) дворца. Он неоднократно производил серьезный ремонт, возобновляя и полностью переделывая некоторые интерьеры дворцов.

Большой дворец во втором десятилетии XIX в. опять стал местом пребывания двора. В связи с этим весной1817 г. во дворцах Царского Села Стасов начал большие работы, которые выполнялись как штатными мастерами гофингендангской конторы, так и вольнонаемными при постоянном руководстве его помощников Диммерта и П. В. Неелова. Тогда же во дворце переделывались квартиры для придворных.

В 1817 т. Стасов отделал группу личных комнат для Александра I, который, доверяя зодчему, предоставлял ему свободу действий, поручив переделку комнат, ранее оформленных Растрелли. Из донесения зодчего видно, что работы начались в марте 1817 г.

Прежняя отделка Растрелли была сохранена в этой группе комнат лишь в опочивальне.  Мебель, исполненная в мастерской Гроссета по рисункам Стасова для Кабинета императора, Проходной и Приемной, имеет общность форм и характерна простотой и монументальностью. После пожара 1820 г. все эти помещения воссозданы Стасовым в прежнем виде.

Вскоре Стасову пришлось снова заняться несколькими парадными комнатами, которые надо было восстановить после небольшого пожара, происшедшего 10 декабря 1817 г. в Белой столовой и Китайской гостиной.

К возвращению Александра I из поездки по России в 1818 г. Стасову было поручено обновить не только царскосельские дворцы, но и дворцы в Петергофе и Ораниенбауме. Обязанный посещать все три пригорода, Стасов как-то жаловался на тяготы работы: «я в бесконечных хлопотах..., всякой день почти уезжаю то в Царское Село, то в Петергоф и Ораниенбаум. К приезду государя с гостями везде все возобновляется..

Следовало дворцы привести в состояние готовности принять двор в любой момент. В Царском Селе Стасову сначала помогал Диммерт, а с осени 1818 г.— Неелов, которому было предписано, чтобы он «имел за всеми предназначенными потребностями должное с его стороны наблюдение, советуясь в потребных случаях с архитектором Стасовым, и требовал от него всему надлежащие планы, коими можно было руководствоваться». Тревожась за успех строительных работ, Стасов постоянно давал письменные советы по организации работ, подбирал мастеров, контролировал выполнение, визируя счета, корректируя цены.

Весной 1818 г. в трех этажах Большого дворца под руководством Стасова широко развернулись ремонтные работы.

Приводя в порядок дворец в 1818—1819 гг., Стасов выступал прежде всего как добросовестный реставратор, воссоздающий в первоначальной редакции интерьеры. Допускались лишь частные отступления при написании вновь живописи на потолке и стенах.

Обширные реставрационные работы позволили выявить хороших мастеров отделочных работ. Для Стасова эти годы явились замечательной школой, подготовившей его к большой работе по восстановлению того же дворца после катастрофического пожара 1820 г.

Пожар возник ночью 12 мая 1820 г. в дворцовой церкви. Огонь уничтожил церковь, лицей и значительную часть дворца.- На следующий день Александр I поручил Стасову восстановить сгоревшие части дворца. Зодчий тотчас принял меры к отысканию чертежей и организовал «снятие рисунков и слепков на стенах и плафонах обившихся украшений с замечаниями самих цветов красок, а с паркетов — дерева».

Для исправления дворца и лицея была учреждена комиссия, в которую вошел и Стасов. Он сразу же показал себя искусным организатором, что было очень важно, так как срок на восстановление был установлен всего лишь семь месяцев. Короткий срок заставил распределить восстановительный фронт на пять отделений, с параллельным ведением работ. Помощниками Стасова были: старший — В. М. Горностаев и младший — К. О. Лукини. Кроме того, он привлек придворных мастеров, которых поставил во главе тех или иных работ в качестве «испытателей и смотрителей». В этой огромной работе Стасов опирался на опытных, проверенных на совместной работе специалистов — подрядчиков и известных ему мастеров: паркетчиков С. и А. Тарасовых, маляра Н. Кадникова, обойщика С. Шашина, позолотчиков И. и Ф. Глазыриных и др. Живописные работы он поручил художникам — академикам С. А. Бессонову, Ф. П. Брюлло, А. Е. Егорову, А. И. Иванову, И. Ф. Туполеву, В. К. Шебуеву и живописцу Ф. Д. Брандукову.

Перед началом работ Стасову было поставлено условие не только восстановить дворец в прежнем виде, но и предусмотреть противопожарные мероприятия. В то время еще не видели возможности широко применять железо для перекрытий и стропил. И все же Стасов заменил некоторые конструкции несгораемыми, в частности, все деревянные лестницы — каменными или чугунными, при входе на чердак покрыл их сводами, выше кровель вывел брандмауэры, с железными дверьми.

Стасову были представлены чертежи по дворцам Царского Села и Петергофа, найденные в чертежной гофинтендантской конторы, а также в библиотеке Александра I. Можно уверенно считать, что детальных рисунков по внутренней отделке было найдено мало; это не только затрудняло восстановление помещений в прежнем виде, но в отдельных случаях просто заставляло Стасова проектировать отделку заново, по памяти. Во избежание в будущем подобных затруднений Стасов потребовал, чтобы сделанные вновь чертежи восстановленного дворца были надежно сохранены.

За летние месяцы были осуществлены все общестроительные и развернулись отделочные работы. 1 февраля 1821 г. Стасов доложил о полном окончании почти всех помещений в верхнем и нижнем этажах дворца и работ по фасадам. Параллельная организация строительных работ себя полностью оправдала. Менее чем через год дворец, за исключением парадных помещений, был восстановлен.

Помещения ближе к церкви в большей или меньшей степени пострадали все. Их можно разделить на три группы: первая, сохранившая отделку Растрелли, вторая, переделанная архитектором Ч. Камероном, и третья, созданная в 1817 г. Стасовым. Возобновляя те и другие интерьеры, Стасову приходилось совершать труднейший творческий процесс художественного перевоплощения, проникновения в сущность каждого из стилей, без чего он не достиг бы таких замечательных результатов по восстановлению ряда полностью уничтоженных интерьеров.

Дворцовая церковь являлась произведением Растрелли и его многочисленных помощников-исполнителей. Великолепный зал с синими стенами и золотыми резными орнаментами был полностью уничтожен пожаром, поэтому его восстановление, пожалуй, явилось наиболее трудным. Это усугублялось чрезвычайной насыщенностью сложной по рисунку декоративной резьбы. Требование императора восстановить дворец в прежнем виде заставило Стасова глубоко изучить и понять закономерности стиля Растрелли, принципы живописной полихромной организации интерьера. Вся основа отделки: панели, пилястры, колонны, переплеты — были сделаны в течение 1820 г. группой опытных столяров во главе с Артемием Вавилиным. Затем были установлены многочисленные украшения, изготовленные тремя способами: резные деревянные, резные мастичные и из папье-маше.

Применяя резьбу по дереву, Растрелли добивался того, чтобы при общем подобии деталей не было буквальных их повторений. Это придавало особую живописность архитектурному решению. Используя же метод «многотиражного» изготовления украшений, точно повторяющих друг друга (формовка из мастики и папье-маше), Стасов, естественно, не мог достичь прежней силы живописности и многообразия нюансов деталей оформления. Эта особенность отмечена современником, который писал, что в возобновленной церкви хотя в целом есть некоторая правильность, или лучше сказать, симметрия, но в частях виден вкус того времени, когда построена церковь».

А. Н. Бенуа, характеризуя работу Стасова во дворцовой церкви, писал: «Надо отдать справедливость Стасову, что он для своего времени справился с задачей необычайно удачно и добросовестно. Разумеется, при ближайшем осмотре многих деталей не остается сомнения, что они новейшего происхождения, им не хватает той свободы, той "развязности", с которой нарисованы обыкновенно Растреллиевские орнаменты, но в общем впечатлении это не играет роли и внутренность Царскосельской церкви отличается той смелостью декоративной мысли, той свежестью и тем блеском, которые присущи произведениям середины XVIII века». И далее: «Вообще, честь сохранения стиля Воскресенской церкви следует приписать не столько Стасову, сколько Александру I, обнаружившему в этом деле большой исторический такт. Стасову принадлежит лишь заслуга довольно удачного выполнения мысля государя. Для такого завзятого "ампириста", каким представляется нам строитель Троицкого и Преображенского соборов, и это умение подчинить свой личный вкус требованиям более утонченного вкуса является почти подвигом».

Пожар 1820 г. погубил значительную часть анфилады. Огнем были уничтожены первые от церкви помещения: Предхорная, Китайская голубая гостиная, Гостиная Марии Федоровны и Официантская. В остальных помещениях анфилады: Зеленой столовой, Проходной у Чугунной лестницы, Знаменной или Штандартной, Китайской гостиной, Белой столовой и Картинном зале, или Галерее,— после пожара внутреннее убранство сохранилось в большей или меньшей степени.

Сложнее всего было возобновить поврежденные плафоны в Китайской гостиной, Белой столовой и Картинном зале. Стасов рассчитывал, «что отыщет печатную книгу, в которой рисунки всех прежних плафонов были показаны и с коих полагал поврежденные писать вновь». Но такого издания не нашлось, и зодчему пришлось решать вопросы в каждом случае особо.

Во время осмотра помещений после пожара Стасову показалось, что в Китайской гостиной и Белой столовой плафоны сохранились настолько, что их можно восстановить, но, когда уцелевшие куски стали, как писал сам зодчий, «соединять, натягивать на рамы, под-клея на новый холст, оказалось, что на большей части пространства их в перегибах от промочения холста во время пожара краска обратилась в порошок… почему и решился не теряя времени написать вновь, по точности старых в расположении и красках». Для этого Стасов пригласил художника Ф. П. Брюлло, который обязался «написать два плафона. К марту следующего тода оба плафона уже были установлены. Плафон в Картинном зале, написанный ранее художником Ф. П. Градицци на тему «Олимп», был уничтожен пожаром. Для написания его вновь Стасов привлек академика С. А. Бессонова. Художник взялся выполнить работу в течение 1821—1822 гг., производя ее на месте.

Проходная, Знаменная, Китайская гостиная, Белая столовая и Картинный зал, относительно удаленные от очага пожара, частично сохранили превосходные дюсюдепорты и прежнее декоративное убранство Растрелли на кордонах, паддугах и дверях. Поскольку приемы их отделки были одинаковы, то реставрация облегчалась тем, что в других помещениях имелись нетронутые образцы орнаментов Растрелли. В этих помещениях орнаментальное украшение было воссоздано и дополнено резным, как было и раньше, и позолочено.

Таким образом, пять перечисленных парадных помещений Стасов восстановил без всяких отступлений от их прежнего вида. Здесь он вновь выступил в роли добросовестного реставратора. В этом его заслуга, поскольку он сохранил для последующих поколений примеры искусства великого зодчего Растрелли.

Вторая часть анфилады—ближе к церкви—в конце XVIII в. была отделана Камероном.

В Зеленой столовой после пожара сохранились главные элементы убранства — фрагменты рельефных арабесок, в свое время исполненные И. П. Мартосом, и это дало возможность Стасову с помощью лепщика Заколупина восстановить столовую точно в первоначальном виде. Мраморный карниз реставрировал Ф. Трискорни. Полностью был возобновлен и паркетный пол из разных пород дерева. Филенки четырех дверей расписал Кельберг.  Живописный плафон, украшавший столовую в конце XVIII века и погибший при пожаре, В. П. Стасов воссоздавать не стал, оставив потолок белым. Таким образом, можно констатировать, что уникальный интерьер возобновлен полностью и точно соответствует первоначальному виду. Это подтверждают, в частности, сохранившиеся проектные чертежи Камерона.

Остальные интерьеры анфилады Камерона выгорели полностью. Поэтому многое приходилось возобновлять по памяти.

Интерьер Официантской значительно пострадал во время пожара 1820 года, после чего декоративное оформление с некоторыми изменениями была воспроизведено В. П. Стасовым. При воссоздании Официантской ярко сказалось глубокое понимание духа Камерона, что ввело в заблуждение некоторых исследователей дворца, которые уверенно считали эту комнату сохранившейся от времени Камерона, хотя в действительности все воссоздано Стасовым.

Основной принцип художественного решения Официантской — симметричное членение стен деревянными пилястрами, окрашенными под мрамор и соединенными гипсовыми арками, — был сохранен, но рисунок деталей (порезок и даже капителей) за неимением сохранившихся образцов был выполнен Стасовым. Действительно, несколько суховатый для почерка Камерона абрис капителей и в особенности не характерный для него верхний карниз с множеством «колокольчиков», или капелек, говорят за то, что детали этого интерьера исполнены Стасовым по своим рисункам. Из-за утраты образцов Камерона потолок в зале был оставлен белым.

Группу комнат у церкви, обращенную к саду, называют комнатами Елизаветы Алексеевны. Их семь: Передняя, Проходная, Камер-юнгферская, Опочивальня Елизаветы Алексеевны, Палевый кабинет (Живописный), Библиотека (Скульптурный) и Проходная. Они были отделаны Камероном, но сильно пострадали во время пожара.

Лучше других сохранились элементы внутреннего убранства в Опочивальне. Однако и здесь очень пострадала лепка и мраморный карниз, но устояли против огня тонкие фаянсовые колонки, образующие альков. Сохранившиеся фрагменты и авторские чертежи, вероятно, известные Стасову, позволили ему возобновить помещения в прежнем виде, несмотря на то, что все лепное убранство, включая круглые медальоны, а также камин со спящей Венерой, двери с росписью и цветной пол были изготовлены заново.

Соседний Палевый (Живописный) кабинет тоже восстановлен с сохранением прежнего характера отделки. Однако роспись на сводчатом потолке и фризе (Брандуков), хотя и повторяет существовавшую композицию, но по рисунку для Камерона чрезмерно тяжела и отвечает характеру росписей стасовского времени.

Одним из интерьеров, переделанных Стасовым полностью, является Библиотека (Скульптурный кабинет). Она отделана настенной лепкой (Заколуспин) и росписью сводов (Брандуков). Характер использованных орнаментов типичен для Стасова, который любил бесконечный акантовый бегунок (фриз) и часто прибегал к мотиву римских штандартов, не раз набрасывая их эскизы и используя в отделке помещения, например лицейского зала. Библиотека отличается строгостью и торжественностью оформления—чертами, присущими творческой манере Стасова.

Наиболее полное раскрытие стиля ампир являет собой Парадный (Мраморный) кабинет императора Александра I. Своеобразный Кабинет при всей своей простоте необычайно эффектен. Он принадлежит к лучшим образцам русского интерьера в стиле ампир. Эффектное архитектурное решение кабинета дополняется продуманным и стилистически выдержанным убранством: цветом искусственного мрамора на стенах, росписями с военными символами и трофеями и мебелью, выполненной по проекту зодчего.

Характер рисунков стасовских паркетов резко отличается от рисунка полов и Растрелли, и Камерона. Здесь они соответствуют строгости остальной отделки комнат и представляют собой геометрический, преимущественно прямолинейный симметричный орнамент. Так, в Приемной пол охвачен простой рамкой и составлен из вписанных друг в друга восьмиугольников, в Кабинете — из прямоугольников, образующих крестообразные фигуры, между которыми вставлены «концентрические» квадраты. Стасов для паркетов широко использовал красное дерево с обрамлениями грушей, кленом, розовым и черным деревом.

В процессе восстановления выявилось катастрофическое состояние стропил над двухсветным Большим залом Растрелли. Стасов должен был сменить покрытие; при этом была повреждена отделка зала, поэтому лепку, резьбу, позолоту и паркет пришлось полностью реставрировать.

Группа комнат Марии Федоровны была перестроена архитектором в 1823 году из помещений, отделанные Растрелли. Стены были обтянуты декоративными тканями в золоченых рамах, некоторые комнаты были выдержаны в китайском духе. Прежнюю отделку с резным настенным убранством Стасов сохранил только в небольшой комнате у лестницы, так называемой Зеленой передней.

Все остальные помещения были коренным образом переделаны по проекту, составленному Стасовым, очевидно, осенью 1823 г. К отделке зодчий привлек худоясников: Барнабу Медичи, Джона Скотти, Антона Виги, Дмитрия АнтонелПараллельно с отделкой комнат Марии Федоровны Стасов под¬готовил в третьем этаже помещения для фрейлин. Комнаты были отделаны в обычном характере, обставлены мебелью, изготовленной в мастерской Г. Гамбса и А. Тура.ли, Федора Брандукова и скульпторов Василия Демут-Малиновского, Фердинанда Трискорни, Этьена Мадерни, Петра Кретана.

Кроме них, здесь работали те же мастера, которые под руководством Стасова восстанавливали дворец после пожара 1820 года. С их помощью Стасов создал замечательные интерьеры, которые не только свидетельствуют о таланте зодчего, но достойно представляют русское искусство первой трети XIX в.

Параллельно с отделкой комнат Марии Федоровны Стасов подготовил в третьем этаже помещения для фрейлин. Комнаты были отделаны в обычном характере, обставлены мебелью, изготовленной в мастерской Г. Гамбса и А. Тура. 

Несмотря на неоднократные ремонты и переделки в Большом дворце, его фасады Стасов существенно не затрагивал. Можно отметить только два факта: восстановление части фасадов, поврежденных в пожаре 1820 г., и устройство двух подъездов в 1825 г.

Циркумференция, или так называемый Полуциркуль,— одноэтажные корпуса против Большого дворца—в 1820-х годах перепланируется и ремонтируется Стасовым.

В комплексе Большого дворца нет ни одного уголка, которого бы не коснулась рука Стасова. Его оригинальный творческий вклад во дворец скромен — это две группы комнат: Александра I и Марии Федоровны, но они органически вошли в замечательный ансамбль помещений дворца. Главная же заслуга Стасова состоит в том, что он с величайшим тактом сумел реставрировать выдающиеся произведения своих гениальных предшественников Растрелли и Камерона и обеспечил сохранность их интерьеров на многие десятилетия.


Новый Александровский дворец, выстроенный по проекту архитектора Кваренги в 1792—1796 гг., в XIX и начале XX вв. был постоянным местом пребывания царской фамилии. Его помещения неоднократно приспосабливались к требованиям и вкусам сменявших друг друга владельцев, поэтому многое из первоначальной отделки было изменено.

Обновляя в этом дворце парадные помещения летом 1817 г., Стасов заново оформил кавалерские комнаты в верхнем этаже с росписью стен и потолков, выполненной Брандуковым.

Позднее Николай I поручил Стасову подготовить для него в первом этаже дворца несколько комнат.. Новые интерьеры были осуществлены в 1826—1827 гг.

Работы Стасова в царскосельских дворцах для его дальнейшей деятельности были очень важными.

Во-первых, Стасов прошел большую школу в деле декоративного оформления жилых и парадных помещений и впервые продемонстрировал новые приемы в создании строгих и простых, но по художественным достоинствам изысканно благородных интерьеров.

Во-вторых, он приобрел значительный опыт организации крупного строительства с большим числом рабочих.

И, наконец, в-третьих, вокруг Стасова сплотился коллектив квалифицированных мастеров — специалистов всех видов общестроительных и, что особенно важно, отделочных работ. С этими людьми у зодчего установилось взаимное понимание и доверие, что обеспечивало успех и высокое художественно-техническое качество выполняемых работ.

Наряду с работами в пригородных царских резиденциях Стасов много внимания уделял и городской резиденции — Зимнему дворцу, где он в 1820-х годах создал ряд ценных интерьеров. Но это уже за рамками нашей Энциклопедии.

 

Постройки Стасова, и постройки, в которых он принимал участие, в Царском Селе, в хронологическом порядке:

  • 1811- замена ветхого деревянного моста через канал перед Оранжереями. 23 апреля 1811 года был утвержден разработанный Стасовым проект нового мостика, главным украшением которого стала решетка из пересекающихся дуг с орнаментальными вставками, — этот прием архитектор использовал в различных вариантах.
  • Начиная с 1811 г., с некоторыми перерывами, Стасов около 20 лет занимается Китайской деревней. Коренная перестройка и приспособление китайских домов для жилья под руководством Стасова были произведены в 1817—1818 гг., отделка же фасадов и благоустройство — в 1822—1824 гг.
  • В 1813-1819 гг.здания на н.Парковой улице были приобретены Министерством народного просвещения и по проекту архитектора В.П. Стасова приспособлены для вновь созданного учебного заведения — Благородного лицейского пансиона.
  • В 1815 году по его рисункам на Санкт-Петербургском чугунолитейном заводе были отлиты двадцать «чугунных цветников» или «таганов» с вазами для цветов, которые установили на пустующих уступах Пандуса. Вообще по рисункам Стасова завод изготовил целый ряд чугунных украшений, заполнивших царскосельские сады; здесь и вазы, и скамьи, и мостики, в частности устои висячего моста «Трясучка».
  • В 1817 году по он меняет интерьеры Александровского дворца
  • В 1817 году по проекту архитектора В. П. Стасова, созданаОвальная передняя в Екатерининском дворце,  которая в различные периоды называлась также Передней, Овальной комнатой у чугунной лестницы, сохраняя служебное назначение.
  • Созданная в 1817 году по проекту В. П. Стасова. Сводчатая проходная, которая по ее коробовому перекрытию называлась также Арковой комнатой, ведет посетителей в Парадный кабинет императора.
  • Малая проходная комната является частью не дошедшей до наших дней Карельской приемной Александра I, созданной В. П. Стасовым в 1817 году.
  • После разборки в 1809 году деревянного кавалерского дома в начале Садовой и перестройки в 1811 году Прачечного кавалерского дома под квартиру директора вновь учрежденного Императорского Царскосельского Лицея все здания дворцово-хозяйственного комплекса, стоявшие вдоль улицы, по «высочайшему повелению» были освидетельствованы архитектором В.П. Стасовым на предмет необходимости ремонтных работ. В результате с 1819 года застройка Садовой улицы по предложенным В.П. Стасовым проектам подверглась реконструкции, завершившейся в 1828 году созданием уникального ансамбля эпохи зрелого классицизма, сохранившегося до наших дней.
  • 1817-1824 Запасный дворец строился в 1817-1824 гг. по третьему варианту В.П. Стасова (До этого к проектированию привлекались П.В. Неелов и А.А. Менелас):  в это время построили дворец (в последствии названный Запасным) и разбили парк.
  • Ворота"Любезным моим сослуживцам",
  • 1817 — Монументальные Новые Пудостские (Фрейлинские) ворота, расположенные у Холодных бань сооружены из пудостского камня по проекту В. П. Стасова в 1817 году.
  • 1817 — Стасов составил проект на коренную перестройку обветшавшего растреллиевского Грота.Но проект не был реализован
  • 1819 — перестройка Придворного манежа,
  • В 1819 гг по проекту Стасова Петр Неелов отремонтировал Зал на острову
  • 1820-1828 с перерывами — перестройка Большой оранжереи
  • Конюшенный корпус.
  • Средняя 24 и 26 — Дома городской усадьбы И.А.Брылкина, 1810-е годы
  • После пожара 1820 года первоначальная отделка Китайской гостиной Александра I была, согласно распоряжению императора Александра I, воссоздана по проекту В. П. Стасова: стены затянули новым расписным шелком, заказанным в Китае, восстановили деревянный резной золоченый декор, художник Ф. П. Брюллов (1793–1869) написал новый плафон «Зефир и Флора».

Архитектором В. П. Стасовым при восстановительных работах после пожара 1820 года внесены небольшие изменения в оформление опочивальни   второй супруги Павла ПетровичаМарии Федоровны.

12 мая 1820 года в Лицее случился пожар. От здания остались одни стены. На другой день после пожара император Александр I в беседе с Е. А. Энгельгардтом говорил, что все в здании Лицея, включая живопись, должно быть восстановлено в прежнем виде. Стасов восстановил здание в прежнем виде.

Вдоль параллельной 2-ой Московской улице -  Магазейной — протянулись шеренги соединенных заборами деревянных одноэтажных домов «в пять осей», расположенных на межах двух владельцев. Они предназначались для «низших придворнослужителей»: истопников, трубочистных мастеров и трубочистов, смотрителей и вахтеров Дворцового материального двора. Среди жителей Магазейной улицы были дворцовые служащие, стоявшие на более высокой ступени в придворной иерархии: гоффурьеры. тафельдеккеры, кофешенки, но принцип заселения построенных по проектам В. П. Стасова домов и для них оставался неизменным, то есть каждый владел лишь половиной небольшого дома выстроенного за казенный счет.

После пожара 12 мая 1820 года Император Александр I принял решение о воссоздании Екатерининского дворца и церкви в прежнем виде, и поручает это архитектору В.П. Стасову. Комиссию для исправления сгоревшей части дворца возглавил управляющий Царскосельским дворцовым управлением Я.В. Захаржевский. Исправляют части здания Екатерининского дворца на основе сохранившихся фрагментов отделки и авторских чертежей Камерона, приобретенных графом Х. Ливеном в 1822 году в Лондоне у наследников архитектора. 

В 1821–1822 годах В. П. Стасов руководил восстановлением Парадного кабинета Александра I после пожара. Мраморную отделку реставрировал тогда мастер П. Блохин, росписи воссоздавал художник Ф. Брандуков, а новая мебель из персидского ореха была изготовлена в мастерской А. И. Тура.

Работы по отделке интерьера Голубой гостиной Марии Федоровны по проекту В. Стасова продолжались с 1823 по 1825 год

Источники:

  • Пилявский В. И. Стасов. Архитектор. Л.: Госстройиздат, 1963, 251 с., ил.
  • Архитекторы Царского Села. От Растрелли до Данини / Альбом, под ред. И. Ботт. — СПб.: Аврора, 2010. — 303 с. 

 

Рейтинг: +1 Голосов: 1 13954 просмотра
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!