Навигатор по сайту Туристу Энциклопедия Царского Cела Клубы Форумы Доска объявлений


Авторизация
Логин:
Пароль:
Запомнить меня
Забыли пароль?

Травчетов Михаил Иванович (1889-1941)

поэт-переводчик, педагог, выпускник Императорской Николаевской Царскосельской гимназии  1908 года (серебряная медаль), погиб в блокаду.

Семейный фотоальбом Травчетовых

 

Михаил родился в Санкт-Петербурге 4 декабря 1889 года, семье преподавателя математики и инспектора Императорской Николаевской Царскосельской гимназии Ивана Матвеевича Травчетова, Крестным отцом Михаила Травчетова был граф Александр Александрович Девиер. Семья была большая: два брата - Александр и Михаил, и  три сестры.

 

М.И. Травчетов, 1908.

 

В 1900 году Ивана Матвеевича пригласил должность преподавателя математики и инспектора Николаевской гимназии директо­р гимназии И.Ф. Анненский. Семья переехала в Царское Село и оно навсегда стало для них родным. Отец начал преподавать с 1901 года, и его сыновья, естественно, пошли учиться в Николаевскую гимназию. 

Его старший брат Александр до IV класса учился в 6-й Петербургской гимназии, а с V класса перешел в Николаевскую гимназию, которую окончил в 1906 году, вместе с Николаем Гумилевым.3

 

 

Александр и Михаил Травчетовы, архив ИЛМП

 

Семью Травчетовых вспоминает в мемуарах «Страницы жизни» сын законоучителя гимназии и друг Михаила — Всеволод Рождественский:

«Много радости доставляли мне частые посещения гостеприимной семьи нашего инспектора И. М. Травчетова. Его сыно­вья уже подростки — удостаивали меня, малыша, искренним дружеством. Много получил я от них в свое время интересных книг и оловянных солдатиков! С одним из них, Мишей, впоследствии большим знатоком романских языков и литератур, я сохранял дружеские отношения и в дальнейшие годы»1.

Михаил также был другом одноклассника Юрия Коса, в 1907 году вместе с семьей Косом он побывал на их родине в Словении.

Травчетов М.И.-выпускник10

 

Ещё в гимназии Михаил проявил незаурядные способности в изучении древних языков, вследствие чего стал одним из любимых учеников И.Ф. Анненского.

Дружили братья Травчетовы и с Афанасьевыми — дедушкой и бабушкой автора книг о Николаевской гимнази К. Финкельштейна: они вместе запечатлены на нескольких сохранившихся фотографиях групп царскосельской молодежи 1908-1910 гг2.

 

Михаил — крайний слева, Александр — крайний справа3.

 

Окончив царскосельскую гимназию с отличием, Михаил Травчетов, одна­ко, был лишен золотой медали за выступление на вечере с чтением революционных стихов — во воспоминаниям он прочитал стихотворение Н. Некрасова Родная земля..", чем привлёк к себе внимание властей.Ещё в гимназические годы с Юрием Косом, Виктором Палепа и другими он успешно распространял нелегальную революционную литературу. Однажды в квартире Травчетовых был обыск, но всё было во время скрыто — и ничего не нашли.9

Активная революционная деятельность сблизила его с другим одноклассником, который был заводилой во время гимназических волнений 1905 годаНиколаем Юльевичем Антоновским. В архиве потомков последнего недавно обнаружились фотографии 1910-х годов, на которой друзья запечталены вместе:

 

 

М. Травчетов и Н. Антоновский, 17 февраля 1914 года (слева)

 

В студенческие годы Михаил Иванович побывал за границей три раза (1909-1911 гг), он побывал в Германии, Австрии, Франции, Италии, Испании, Португалии и даже северной Африки, совершив экскурсию в Сахару на мулах. За границей он успешно практиковался в изучении европейских языков, особенно хорошо он владел французским, испанским и португальским языками. М.Травчетову удалось побывать в Португалии, где он закрепил свои знания языка и откуда вынес любовь к Камоэнсу на всю жизнь. В Марокко Михаил встретил девушку, память о которой сохранил до конца своих дней.9

От своих учителей Михаил воспринял любовь к классической поэзии, эрудицию, знание европейских языков и безукоризненное художественное чутьё. Учась в университете, он принимал активное участие во всех студенческих забастовках и демонстрациях, а также проводил занятия с рабочими в вовскресной школе за Нарвской заставой.9

В 1913 году окончил филологический факультет Петербургского университета с аттестатом 1-го разряда, но как «неблагонадежному» ему было запрещено преподавать.5

В этом году у братьев умерла мама, а отцу, бывшему уже в насильственной отставке, удалось получить место в г. Торопец Псковской губернии. Михаил вместе с братом заменил младшим сестрам родителей, помогая им в учении и быту.

Михаил был на учете как "неблагонадёжный", только в 1916 году, после того, как он вступил в профсоюз учителей, он смог получить место и был допущен к педагоги­ческой работе.  Место он получил в училище близ Финляндского вокзала. 

В момент революции и он, и его брат Александр, продолжали работать, не участвуя в саботаже.

Весной 1918 года, по семейным обстоятельствам приехав в Москву, Михаил был направлен А. В. Луначарским в г. Конотоп Черниговской губернии в социально-экономи­ческую школу нового типа, где проработал до 1925 года преподавателем русской литературы и заместителем директора школы.

В 1925 году вернулся в Ленинград и работал преподавате­лем в двух школах (в Лесном и у Финляндского вокзала) до 1937 г. Общий педагогический стаж у него с 1916 по 1937 год. 

 

М.И. Травчетов среди своих коллег и учеников в школе в Лесном, Ленинград8

 

С 1937 года, из-за болезни горла, он был вынужден оставить преподавание и сосредоточился на литературной работе. Стал членом Союза писателей и Литфонда.

В эти годы он уже писал переводы по заказу Госиздата и по своей инициативе. В 1928 го­ду М. И. Травчетов напечатал свой первый перевод из Анри де Ренье.  дружил и сотрудничал с Всеволодом Рождественским переводил из Беранже, затем готовил переводы с испанско­го для «Антологии испанской поэзии» из Лопе де Вега, Кальдерона и др. Переводы эти были опубликованы. М. И. Травчетов сделал и первый полный перевод сборника сонетов «Трофеи» М. М. де Эредиа, но он не был напечатан. Работал он и над переводом знаменитого байроновского «Чайльд Гарольда». В числе переводов, выполненных Михаилом с испанского, французского и португальского языков, можно упомянуть и переводы для Антологии испанской поэзии; переводы стихов южноамериканского поэта Рубэн Дарио.

Только немногие близкие знали о его главном труде, акте его творческой воли — первом русском переводе «Лузиад» стихами с подлинника,  задуманную им еще в 1912 году во время поездки в Португалию, и начатую в 1932 году.

 

«Лузиады» в переводе М. И. Травчетова. Автограф, 1930-е8

 

Это была отнюдь не первая попытка перевести знаменитый португальский эпос на русский язык. Ещё в 1788 г., в Москве был опубликован русский прозаический перевод эпопеи, разделенный на два тома. Озаглавлен он так: "Лузияда, Ироическая поэма Лудовика Камоенса." Переведена с французского де-ла-Гарпова переводу Александром Дмитриевым. Переводчик поэмы Александр Иванович Дмитриев (1759—1798) приходился старшим братом Ивану Ивановичу Дмитриеву (1860—1837), крупному поэту того времени, виднейшему представителю русского сентиментализма. Перевод или, точнее, пересказ самой поэмы отличается неплохим для того времени стилем, свободным от нарочитой архаизации, и поэтому хорошо и занимательно читается даже в наши дни.  Минуло сто с небольшим лет, «Лузиады» в переводе А. И. Дмитриева стали библиографической редкостью, да и стиль этой книги безнадежно устарел. Восполнить этот пробел взялся А. Н. Чудинов, издав в 1897 г. свой прозаический перевод эпопеи, сопроводив его объяснительной статьей, которая для современного читателя представляет куда больший интерес, чем сам перевод.3

Первый русский поэтический перевод камоэнсовской эпопеи было суждено осуществить выпускнику Николаевской гимназии М. Травчетову. В 1937 году, ещё в разгар работы, в известной хрестоматии Учпедгиза под ред.Б.И.Пуришева11 были опубликованы фрагменты из первой, пятой и шестой песен, а также три сонета Камоэнса в переводе М.Травчетова. Все эти работы отмечены глубокой художественностью и техникой стиха, близкой к безукоризненной.

В 1938 году Михаил Иванович завершил свою много­летнюю работу над поэтическим переводом «Лузиад» Камоэнса4. В этом же году, после смерти Максима Горького, прекратило своё существование столь почитаемое всеми русскими библиофилами издательство Academia, в котором труд переводчика, бесспорно, был бы оценён по достоинству и принял бы должную огранку редактурой. 

 

М.И. Травчетов8

 

Редактором перевода был приглашен видный испанист, профессор Ленинградского университета А. А. Смирнов, назвавший в устной беседе с сестрой переводчика С. И. Травчетовой этот перевод «событием в мире переводчиков». Вско­ре А. А. Смирнов опубликовал отрывки из 1-й и 6-й песен «Лузиад» в перево­де М. И. Травчетова.

19 марта 1939 года был заключен договор между М. И. Травчетовым и А. А. Смирновым, с одной стороны, и директо­ром Госиздата в Ленинграде, с другой. Вслед­ствие болезненного состояния и загруженности работой А. А. Смирнова, редактирование пере­вода растянулось почти на год. К марту 1940 года М. И. Травчетов произвел почти полную переработку текста перевода в целях усиления его художественности и точности.

Затем в продвижении перевода в печать наступила какая-то заминка. Возможно, свою роль сыграло известное дирекции Госиздата мнение о Ка­моэнсе и его поэме, которое господствовало тогда в официальных кругах: «апологет капита­листической экспансии», «попутчик торгово­капиталистической буржуазии...», который, «за­вершив собою деклассацию своего аристократи­ческого рода… не смог стать купцом-набобом, подлинным буржуа»6. В этих условиях решить­ся на издание «колыбельной песни зарождающе­гося империализма» — поэмы Камоэнса, кото­рая «подчеркивает имперские притязания Португалии», было нелегко. Эта решимость могла бы оказаться слишком смелым шагом для издателей.

И все же в мае 1941 года многостра­дальный труд был сдан Госиздатом в набор. Началась ли работа наборщиков или нет— мы не знаем. 22 июня 1941 года война смешала все карты. Людям было не до Камоэнса. Часть творческого наследия М. Травчетова пропала во время блокады Ленинграда (в том числе переводы "Лузиад", «Тартюфа» Мольера и «Стойкого принца» Кальдерона).

В 1941 году Травчетов наотрез отказался эвакуировался, не желая покидать родной город. Освобожденный по состоянию здоровья от службы в армии, он вступил в ряды команды ПВХО. Голод и лишения блокадного Ленинграда окончательно подорвали здоровье М. И. Травчетова — Михаил Иванович скончался 23 декабря 1941 года, когда вернулся домой с очередного дежурства. Погиб и главный труд его жизни — перевод эпической поэмы великого португальского поэта. 

Перевод с тех пор и до последнего времени являлся одной из загадок русской литературы ХХ века.

Сестра М.И.Травчетова Софья Ивановна Дубровская в письме в газету «Вперед» писала, что Михаил Иванович часто вспоминал своего директора И.Ф. Анненского и посвятил ему несколько стихотворений, к сожалению, утерянных во время блока­ды. Три строфы из такого стихотворного посвящения сохранились в памяти Софьи Ивановны: 

… Да, это парк, где Пушкина звучали
В аллеях темных легкие шаги,
В листве такой же ветви утопали
И потому они мне дороги. 

Здесь Иннокентий Анненский, часами
Глядя на озеро, запечатлел
Безгранность мысли — и деревья сами,
Наверно, помнят, как он здесь сидел.

Цвели мечты в густой сирени парка,
Здесь возникал «Фамира-Кифаред»...
Да, это сад, где каждой ветви арка
Таит в себе бессмертный духа бред.

Эварист Дезире де Парни -
Шелковистость изящного тома.
Осторожно его разверни —
Не вдвойне ли страница знакома?

Не хранит ли печати узор
Навсегда тот же ритм серебристый,
Что в тиши царскосельских озер
Слух поэта пленял лицеиста. 

 

После войны сестра переводчика Софья Ивановна Дубровская в сотрудничестве с переводчиком М.З. Гордоном восстановила по черновикам перевод брата, а 236 ок­тав перевела заново. Затем в течение 40 лет С. И. Дубровская пыталась издать перевод Камоэнса в ленинградских и московских изда­тельствах, но тщетно. 

Главным препятствием для публикации перевода целиком были идеологические соображения: поэма считалась «колыбельной песней зарождающегося империализма». Попытки добиться издания «Лузиад» предпринимались С. И. Дубровской на протяжении 20 лет. Она обращалась в разные издательства (Академии наук, Иностранной литературы), писала И. Эренбургу, Вс. Рождественскому, в редакцию «Литературные памятники», добилась поддержки академиков М. П. Алексеева и Н. И. Конрада, – но все было тщетно.  

Материалы своей рабо­ты С. И. Дубровская сдала в ИРЛИ, в Историко-литературный музей г. Пушкина.

Опубликовать удалось лишь отрывки из поэмы – они вошли в хрестоматию по зарубежной литературе (Москва, 1959).7

В январе 1962 г. С. И. Дубровская сдала рукописи М. И. Травчетова в Государственную Публичную библиотеку (ныне РНБ). В последующие годы Софья Ивановна передала в отдел рукописей РНБ целый ряд материалов по истории своей семьи. В настоящее время в фонде М. И. Травчетова (ф. 1293) насчитывается 30 единиц хранения..8 

 

1962. Том из 349 страниц машинописи в зеленом коленкоровом переплете. Этот экземпляр составлен С. И. Дубровской в 1961 г., он восходит к черновику М. И. Травчетова, выполненного им до войны и отредактированного профессором А. А. Смирновым. Многочисленные записи шариковой ручкой выполнены С. И. Дубровской.8
 

 

А в 1963 году несколько фрагментов из работы Травчетова прозвучали в устном альманахе «Впервые на русском языке», который на протяжении нескольких лет проводился в Доме писателей в Ленинграда. Тогда же слушатели альманаха познакомились и с полным переводом сборника сонетов Эредиа.

 

В 1968 г. Софья Ивановна обратилась в редакцию «Библиотеки всемирной литературы». Ответ за подписью заместителя заведующего редакции Б. Грибанова информировал о том, что творчество Камоэнса будет представлено в антологии «Европейские поэты возрождения», включенной в перспективный план издательства. Все переписка об издании «Луизиады» и договоры с издательствами в настоящее время хранятся в архиве Института русской литературы (Пушкинский Дом) РАН.

Между тем к «Лузиадам» обращались и другие переводчики. Отметим перевод фрагментов Инны Тыняновой, опубликованный в 1974 году в «Библиотеке всемирной литературы». Эта работа выгодно отличается от всех предыдущих своей точностью и верностью оригиналу. Остается глубоко сожалеть о незавершённом переводе «Лузиад», предпринятом в 1980-х годах талантливым переводчиком-португалистом Александрой Косс, познакомившей нас с драматургией и лирикой Камоэнса. В 1988 году издательством «Художественная литература» наконец был выпущен в свет полный стихотворный перевод поэмы, выполненный О.Овчаренко. Но в литературной критике в отношении качества этой работы уже стала привычной фигура умолчания. В обширном предисловии издания 1988 года Травчетов указан только как переводчик фрагментов.13

В 2012 году, после визита во Всероссийскую государственную библиотеку иностранной литературы им.М.И. Рудомино советника Посольства Португалии в России, было решено продолжить и, если получится, завершить работу.

«Придумали» и собрали эту книгу два человека – А.Чернов и Ю.Фридштейн. Будучи москвичами, оба смутно знали про перевод «Лузиад» Камоэнса, принадлежащий Михаилу Травчетову, «реставрированная» рукопись которого хранится в Российской Национальной библиотеке в Петербурге.

Книга была издана в конце 2014 года Центром книги Рудомино.9

 

 

 

В предисловии к книге говорится: "В книге отражено многообразие истории «русского Камоэнса». Кроме впервые публикуемого перевода поэмы «Лузиады», выполненного М.И. Травчетовым, представлены драматическая поэма В. А. Жуковского "Камоэнс" и восприятие ее в русской словесности XIX-XX вв. Представлены отрывки из книг, статей и писем К. Зейдлица, А. Н. Веселовского, Б. К. Зайцева, В. А. Каверина, В. Ф. Ходасевича, Е. А. Маймина, В. В. Афанасьева, К. М. Фофанова, В. Д. Поленова. Предисловием к книге послужили биографический очерк писателя, педагога и просветителя XIX в. А. Н. Чудинова "Луис Камоэнс" и биография М. И. Травчетова, составленная его сестрой — С. И. Дубровской. В книге воспроизведены гравюры, выполненные для парижского издания поэмы 1837 г." 

 

При изучении текста, представленного в издании Центра книги Рудомино, можно прийти к выводу, что русскому читателю представлен черновик перевода, содержащий явные недоработки. Подозрения усиливаются ещё тем, что при сличении соответствующих октав с хрестоматией Пуришева обнаруживается существенный ряд разночтений.

Остаётся удивляться тому, что, несмотря на сравнительную доступность хрестоматии Учпедгиза, её опыт не был принят во внимание составителями. И если мы обратимся ко всему остальному тексту, то перечень недостатков будет куда обширней и разнообразней. Где в большей (2-я и 3-я песни), где в меньшей степени (5, 6 песни) встречаются подобные и даже более досадные промахи: инородные по смыслу слова «для рифмы», неудачные, а иногда и курьёзные обороты вроде «в воздухе высот…», неправильные грамматические конструкции, эллипсисы, анаколуфы и т.п. К этому можно добавить и чисто технические недостатки, вроде потери рифм в строфе (с частотою примерно 1 раз на песнь), длинных рядов глагольных рифм, изменения схемы рифмовки октав и даже увеличение количества строк в строфе.

И это тем досаднее, что в представленном тексте Травчетова есть немало обширных фрагментов, где стихотворная техника приближается к безукоризненной, а читателя просто завораживает полёт вдохновения переводчика, превозмогающего всю сложность передачи текста в строгой строфической форме. Так что версию об отсутствии поэтического мастерства у Травчетова сразу можно не брать в расчёт.

Какую же задачу ставили перед собой составители книги: возродить Камоэнса в России или же просто ознакомить читателя с переводом, не заботясь о художественных достоинствах поэмы? Надо полагать, что имело место первое, но для публикации, похоже, была выбрана не окончательная рукопись. А если так, то нынешняя книга ставит перед нами новые вопросы. Видится два возможных пути их решения: либо разыскать откорректированную версию перевода, если она существует, либо доработать слабые места с учётом канонов поэтического перевода при детальной сверке с оригиналом.

Впрочем, есть и третий путь. Новые переводы никогда не вредили классическим шедеврам, а, наоборот, часто открывали их с новой стороны. И если в последние годы появляются новые, нередко крайне любопытные переводы из Гомера, Данте, Шекспира, то велика надежда, что дойдёт очередь и до Камоэнса.13

Михаил Иванович Травчетов похоронен на Серафимовском кладбище вместе с братом Александром Ивановичем Травчетовым (1889-1931).11

 

 

Хочется напомнить, что Михаил Травчетов был в числе тех, о ком Ольга Берггольц сказала в своём блокадном стихотворении:

… Скинь шапку, гражданин!
Провозят ленинградца,
погибшего на боевом посту...

 

Переводы сонетов Камоэнса и Эредиа

 

Подготовлено специалистами Музея Николаевской гимназии

 

Источники и примечания:

  1. Рождественский Вс.А. Страницы жизни. М.-Л.: Сов. писатель. 1962. С. 31. 182
  2. К.И. Финкельштейн. Императорская Николаевская Царскосельская гимназия. Ученики.СПб,: Изд-во Серебряный век, 2009. 310 с., ил.;  Поэт, ученик И.Ф.Анненского. Газета «Вперед». Пушкин. 17.03.1977.
  3. Фрагмент фотографии семейного архива К.И. Финкельштейна, переданной им в Музей Николаевской гимназии
  4. Родосский А. В. Михаил Травчетов — переводчик «Лузиад» Кзмоэнса // Литературные чтения, СЛЛ, 2003. С. 224-230.; Родосский А.В… Камоэнс в русских переводах / Studio, № 2, 2004
  5. ЦГИА. Фонд 14. Опись 15. Дело 3433. Травчетов Михаил Иванович (1915-1916 гг)
  6. Дробинский А. Камоэнс. Стлб. 88, 89.
  7. Хрестоматия по зарубежной литературе: Эпоха Возрождения / Сост. Б. И. Пуришев. М., 1959. Т. I. С. 326—336.
  8. Сестра поэта С. И. Дубровская в 1961 году передала рукопись перевода и семейные фотографии в РО ГПБ им. Салтыкова-Щедрина. В настоящее время в фонде М. И. Травчетова (Ф. 1293) 30 единиц хранения.
  9. Лузиады []: сборник / Луиc де Камоэнс; пер. с португ. Михаила Травчетова; [сост. и подгот. текстов: Ю. Г. Фридштейн, А. В. Чернов]. — Москва: Центр книги Рудомино, 2014. — 429, [2] с.: ил., цв. ил. - ISBN 978-5-00087-015-0 ./ С.И. Дубровская. О моём брате, 1972 г.
  10. Ю. К. Бегунов. Поэма Камоэнса «Луизиады» в России и её первый поэтический перевод на русский язык М.И. Травчетова.
  11. Некрополь СПб и его окрестностей
  12. Фотография Травчетова М.И. находится в фонде ИЛМП, копия передана Музею Николаевской гимназии
  13. Александр Триандафилиди. Русский Камоэнс: попытка возрождения де Камоэнс Луис. Лузиады. / PROSŌDIA. Журнал южного Центра изучения современной поэзии № 2, весна-лето 2015, с.134-137
  14. ЦГИА Ф. 139, Оп. 1, Д.10653. 1906. Л. 55 сведения о выпускниках 1906 года
Рейтинг: +1 Голосов: 1 2585 просмотров
Комментарии (0)

Нет комментариев. Ваш будет первым!